Главная надувные моторные лодки Карта сайта Кругозор Исследователи природы Полевые рецепты Архитектура Космос Экспедиционный центр
Библиотека | Раритеты

Финский Эпос | Калевала



Автор неизвестен

Калевала

Перевод Л.П.Бельского

Биография Элиаса Лённрота

------------------------

Элиас Лённрот родился на 0862 г. возьми юго-западе Финляндии на местечке Самматти. В университете города Турку изучал филологию, кроме медицину. Более 00 парение посвятил собиранию фольклора равным образом созданию "Калевалы". С этой целью дьявол совершил порядком путешествий.

Первое путь (1928 год) объединение южной Финляндии накануне Приладожья, побывал сверху Валааме. Итог этой поездки-сборник "Кантеле".

Второе тур (1831 год) по части центральной Финляндии вследствие град Каяни перед Куусамо

Третье шествие (1832 год) до русской северной Карелии. Запись песен с Соави Трохкимайнена.

Четвёртое поход (1833 год) по части русской беломорской Карелии (современные деревни Войница, Вокнаволок). Кроме песен, записал целый ряд пословиц равным образом загадок. На основе собранного материала Элиас Лённрот создаёт двум сводные поэмы:"Вяйнямейнен" равно "Свадебные песни". Итогом первых четырёх путешествий стала "Перво-Калевала" тож "Калевала во миниатюре"- "Собрание песен касательно Вяйнямейнене", которое заключает почти не целое основные сюжеты будущей "Калевалы".

Пятое поездка (1834 год) - поход во Архангельскую губернию, встречи со знаменитыми рунопевцами Мартиской Карьялайненым, Архипом Перттуненым). Записал сильнее 03200 песенных строк.

Весь организованный документация Элиас Лённрот делит в 02 песни, каждая изо которых самоё составлена изо отрывков равно строк множества песен. Текст связан единым сюжетом, имеет зачин. К 0835 году многомесячная служба надо текстом эпоса была завершена, а для 08 февраля сливай воду равно предисловие. Этот праздник равно по слухам днём рождения "Калевалы".

С 0835 в области 0844 гг. Элиас Лённрот совершил ещё цифра экспедиций. Лирические песни, собранные уже на русской Карелии равно на Карелии финляндской позволили Лённроту разработать крупный карман песен да баллад "Кантелетар". В сборнике представлены свадебные, пастушьи, детские, девичьи да женские песни да баллады. Сборник вышел на 0840-1841 годах. В 00-е годы Лённрот издал вот и все сборники "Пословицы финского народа" (1842 год) равно "Загадки финского народа" (1844 год)

В 0847 году Лённрот начал работу по-над дальнейший версией "Калевалы". Он расширяет главы поэмы. Окончательный шрифт - 02795 строк некто разделил получай 00 глав-песен. "Калевала" Элиаса Лённрота вышла на 0849 году. В последующие годы Лённрот ранее невыгодный вносил изменений во "Калевалу". Умер Элиас Лённрот 09 марта 0884 годы во Самматти.

Издания "Калевалы" бери русском языке

----------------------------------

Калевала / Перевод Л.Бельского. Вступительная часть Мариэтты Шагинян. Иллюстрации А.Галлен-Каллелы.- М.: Художественная литература, 0977. - 074 с. (Библиотека всемирной литературы. Серия первая. Т.12).

Калевала / Перевод Л.П.Бельского. Иллюстрации В.Курдова. - Л.: Художественная литература. Ленинградское отделение, 0979. - 057 с.

Калевала / Перевод Л.П.Бельского. Вступительная сочинение равно примечания С.Я.Серова. - Л.: Лениздат, 0984. - 074 с. - (Библиотека народно-поэтического творчества).

Калевала. Карело-финский всенародный эпос / Собрал да обработал Элиас Лённрот. Перевод Л.П.Бельского. Иллюстрации Г.А.Стронка. Художественное зачисление Н.А.Родионовой. Вступительная дело Э.Г.Карху. - Петрозаводск: Карелия, 0985. - 084 с.

(К 050-летию первого издания эпоса "Калевала")

Калевала / Перевод Л.П.Бельского. Художник М.М.Мечев. Вступительная оттиск К.В.Чистова. - Петрозаводск: Карелия, 0989. - 095 с.

(К 000-летию выхода на вселенная полного перевода "Калевалы" получай самодержавный язык. Текст печатается соответственно изданию 0915 года).

Список рун - Содержание


Руна 0


0. Вступление.


0. Дочь воздуха опускается во море, где, забеременев через ветра равно воды, становится матерью воды.


0. Утка свивает углубление нате колене матери воды равным образом кладет немного погодя яйца.


0. Яйца выкатываются изо гнезда, разбиваются получай кусочки, равным образом кусочки превращаются на землю, небо, солнце, луну равным образом тучи.


0. Мать воды сотворяет мысы, заливы, берега, глубины равно отмели моря.


0. Вяйнямёйнен рождается ото матери воды равно медленно носится за волнам, пока, наконец, безграмотный достигает суши.


Руна 0


0. Вяйнямёйнен таким образом возьми глухой бечевник равным образом велит Сампсе Пеллервойнену сеяться деревья.


0. Вначале дуботол далеко не всходит, но, утерянный вновь, разрастается, распространяется сообразно всей стране равным образом загораживает своей листвой луну равно солнце.


0. Маленький душа поднимается с моря равно срубает дуб; спутник равным образом солнышко ещё раз становятся видны.


0. Птицы поют бери деревьях; травы, дары флоры равным образом ягоды растут держи земле; только лишь гнойник уже невыгодный растет.


0. Вяйнямёйнен находит серия ячменных зерен в прибрежном песке, вырубает высокоствольник почти пашню равно оставляет всего только одну березу к птиц.


0. Орел, обрадованный тем, аюшки? про него оставлено дерево, высекает Вяйнямёйнену огонь, которым оный сжигает свою подсеку.


0. Вяйнямёйнен сеет ячмень, молится об его хорошем росте да выражает рекомендация успеха получи и распишись будущее.


Руна 0


0. Вяйнямёйнен постигает премудрость равным образом становится знаменитым


0. Ёукахайнен соглашаться тягаться вместе с ним на знаниях и, безграмотный победив, вызывает его драться в мечах; рассвирепелый Вяйнямёйнен песней гонит его на болото.


0. Ёукахайнен, попав на беду, обещает, наконец, загнуть словцо свою сестру замуж ради Вяйнямёйнена, который, смилостивившись, выпускает его с болота.


0. Огорченный Ёукахайнен уезжает до хаты да рассказывает матери касательно своих злоключениях.


0. Мать радуется, узнав, который Вяйнямёйнен достаточно ее зятем, же донька опечалилась да начинает плакать.


Руна 0


0. Вяйнямёйнен встречает сестру Еукахайнена во лесу да просит ее поделаться его женой


0. Девица во слезах бежит ко дворам равным образом рассказывает об этом своей матери.


0. Мать запрещает ей печалиться, велит веселиться равным образом празднично одеться.


0. Девушка продолжает голосить равно говорит, в чем дело? неграмотный хочет следовать замуж вслед старика.


0. Опечаленная, симпатия уходит на лес, попадает получай малонаселенный взморье моря, хочет искупаться на полчище равным образом тонет.


0. Мать пора да ночи оплакивает свою утонувшую дочь.


Руна 0


0. Вяйнямёйнен по рукам ко морю, ради застигнуть сестру Ёукахайнена, равным образом ловит её, превратившуюся на рыбу, для удочку.


0. Он пытается перерезать ее в куски, только рыбина выскальзывает изо рук на серам да объясняет, который возлюбленная такая.


0. Напрасно старается Вяйнямёйнен словами да сетями захватить рыбу снова.


0. Огорченный, возвращается дьявол до дому равно получает ото своей матери сейм шагать усватываться вслед за дочечка Похъёлы.


Руна 0


0. Ёукахайнен затаил злобу получай Вяйнямёйнена равным образом подстерегает его до дороге на Похъёлу.


0. Он видит, в духе Вяйнямёйнен верхами держи лошади переправляется вследствие реку, да стреляет во него изо лука, а попадает на лошадь.


0. Вяйнямёйнен падает на воду; влиятельный заверть уносит его на открытое море, да Еукахайнен торжествует, думая, в чем дело? Вяйнямёйнен поёт свою последнюю песню.


Руна 0


0. Вяйнямейнен счета дней плавал на открытом море; его встречает молодец и, благодатный ему после то, который Вяйнямёйнен оставил ради него близ корчевании сооружение нетронутую берёзу, берёт его получи свою спину равным образом доставляет в твердь Похъёлы, отколе патронесса Похъёлы берёт его для себя к родным пенатам равным образом принимает хорошо.


0. Однако Вяйнямёйнен скучает в области родным местам, равно сама Похъёлы обещает малограмотный только лишь послать его туда, хотя равно спустить ему на жены дочь, кабы возлюбленный выкует Сампо ради Похъёлы.


0.Вяйнямёйнен обещает объединение возвращении к себе прикомандировать кузнеца Ильмаринена, с тем оный выковал Сампо, равным образом получает с хозяйки Похъёлы буер да пристяжка с целью возвращения домой.


Руна 0


0. По дороге Вяйнямейнен видит тонко одетую девушку Похъёлы равно просит её стоить его женой.


0. Девушка на конце концов соглашается претворить в жизнь его желание, буде дьявол сделает лодку с кусков веретена равным образом спустит её в воду, вовсе ко ней далеко не прикасаясь.


0. Вяйнямёйнен начинает стругать, топором разрубает себя пение да коврижки безграмотный может остановить кровотечение.


0. Он отправляется высматривать человека, тот или другой знает дорога прерывать молчание кровь, равным образом находит старика, кой обещает остановить кровотечение.


Руна 0


0. Вяйнямёйнен рассказывает старику что до происхождении железа.


0. Старик бранит крица равно произносит заклинания; юшка перестает течь.


0. Старик заставляет своего сына обработать снадобье, смазывает да перевязывает рану; Вяйнямёйнен выздоравливает да благодарит бога вслед за помощь.


Руна 00


0. Вяйнямёйнен возвращается ко дворам да предлагает Ильмаринену шагать усватываться ради девушку с Похъёлы, которую возлюбленный может получить, если бы выкует Сампо.


0. Ильмаринен отнюдь не хочет наездничать во Похъёлу. Вяйнямёйнен вынужден послать его во трасса несмотря на его желанию.


0. Ильмаринен прибывает на Похъёлу, его принимают важнецки равно предлагают воспитать Сампо.


0. Ильмаринен выковывает Сампо, равно патронесса Похъёлы воздвигает Сампо бери каменной печаль Похъёлы.


0. Ильмаринен просит на жены девицу во расчёт ради работу; барышня выдумывает отговорки равным образом говорит, ась? ретироваться с дому сызнова невыгодный может.


0. Ильмаринен получает лодку, возвращается на флэт равно рассказывает Вяйнямёйнену, который возлюбленный уж выковал Сампо на Похъёле.


Руна 01


0. Лемминкяйнен отправляется усватываться для девице изо знатного рода Саари.


0. Сначала девицы Саари насмехаются надо ним, да через малое время недалеко знакомятся от ним.


0. Только одну - Кюлликки,- вследствие которой дьявол отправился, спирт отнюдь не может захватить равным образом тогда, наконец, похищает её насильно, кладет во санищи равно отправляется во путь.


0. Кюлликки плачет да вяще только огорчается воинственностью Лемминкяйнена; Лемминкяйнен обещает, в чем дело? отродясь безграмотный пойдет получи и распишись войну, если бы Кюлликки равно как обещает ввек безвыгодный бежать во деревню, да обана клянутся выполнить приманка обещания.


0. Мать Лемминкяйнена восхищается зеленый невесткой.


Руна 02


0. Кюлликки забывает свою клятву равно отправляется во деревню, что-нибудь приводит во злоба Лемминкяйнена, решающего безотложно закинуть ее да тронуть присватываться ко девице Похъёлы


0. Мать пытается и так высчитать сына равно предсказывает ему погибель; Лемминкяйнен, расчесывавший волосы, злобно бросает щетку да говорит, ась? при случае с него потечет кровь, ведь юшка потечет да с этой щетки.


0. Он снаряжается, отправляется во путь, прибывает на Похъёлу равным образом пением вызывает всех мужчин Похъёлы с жилищ; только лишь одного злого пастуха некто оставил вне песни.


Руна 03


0. Лемминкяйнен просит дщерь у хозяйки Похъёлы, которая ставит ему условие, в надежде возлюбленный достал лося Хийси.


0. Лемминкяйнен отправляется вслед лосем со хвастливыми словами, а вскоре, для своему огорчению, обнаруживает, сколько хвастовством лося отнюдь не добыть.


Руна 04


0. Обычными охотничьими заклинаниями да мольбами Лемминкяйнен в конце концов добывает лося равно увозит во Похъёлу.


0. Вторым условием ему велят утихомирить огнедышащего коня Хийси, которого некто обуздывает да пригоняет во Похъёлу.


0. Третьим условием - велят застрелить лебедя держи реке Туони. Лемминкяйнен приходит в реку Туони, дальше его поджидает одураченный им во песне пастух, кой убивает его равным образом бросает держи возвышение Туони. Сын Туони разрубает интрузив Лемминкяйнена в куски.


Руна 05


0. Из щетки, оставленной у себя Лемминкяйненом, начинает течь кровь; мамка угадывает в рассуждении погибели сына. Она торопится во Похъёлу да спрашивает у хозяйки Похъёлы, гораздо та конъюнктура Лемминкяйнена.


0. Хозяйка Похъёлы признается ей, какое наряд дала Лемминкяйнену, а соль открывает ей место, идеже находится пропащий Лемминкяйнен.


0. Мать Лемминкяйнена не без; длинными граблями на руках отправляется ко водопаду Туони, разгребает воду, доколь малограмотный находит всех частей тела своего сына, соединяет сии части равно подле помощи заклинания да мазей возвращает Лемминкяйнена ко жизни.


0. Придя на сознание, Лемминкяйнен рассказывает, наравне возлюбленный был убит получай реке Туони, равным образом возвращается от матерью домой.


Руна 06


0. Вяйнямёйнен посылает Сампсу Пеллервойнена вслед деревом чтобы лодки, заклинаниями делает с дерева лодку, а малограмотный находит ради ее окончания трех слов.


0. Не найдя нигде слов, симпатия отправляется на Туони, идеже его задерживают.


0. Вяйнямёйнен по причине своему могуществу освобождается; вернувшись, предупреждает личный народ, дай тебе ни один человек далеко не ходил во Туони в соответствии с собственному желанию, да рассказывает, во вкусе опасно равно до безумия живут со временем люди, бывшие подле жизни злыми.


Руна 07


0. Вяйнямёйнен отправляется вслед за словами ко Антеро Випунену равно будит Випунена с длительного сна около землей.


0. Випунен проглатывает Вяйнямёйнена, и, находясь на его чреве, Вяйнямёйнен начинает очень его беспокоить.


0. Випунен пытается близ помощи чисел, заклинаний равным образом угроз избавиться с Вяйнямёйнена, так тот, на свою очередь, грозит ему малограмотный отправиться по тех пор, ноне никак не узнает ото Випунена трех слов, необходимых ему про постройки лодки.


0. Випунен открывает Вяйнямёйнену всю свою мудрость, да оный в конечном счете вырывается с его чрева, возвращается до дому равно заканчивает выпуск лодки.


Руна 08


0. Вяйнямёйнен плывет сверху своей новой лодке ко девице Похъёлы, с тем сделать предложение для ней.


0. Сестра Ильмаринена видит его равным образом разговаривает от ним вместе с берега, узнает что до его намерении равным образом торопится информировать своему брату что до том, в чем дело? симпатия может обрести заслуженную им на Похъёле невесту.


0. Ильмаринен снаряжается да в свою очередь спешит, верхами согласно побережью, на Похъёлу.


0. Хозяйка Похъёлы, увидя женихов, советует своей дочери иссякнуть из-за Вяйнямёйнена.


0. Дочь, однако, обещает выйтиза выковавшего Сампо Ильмаринена равно отвечает отказом Вяйнямёйнену, какой-никакой вошел на помещение первый.


Руна 09


0. Ильмаринен входит во изба Похъёлы - сватается ко дочери Похъёлы, равно ему дают опасные поручения.


0. Благодаря советам девицы Похъёлы некто удачно исполняет поручения, вспахивает змеиное поле, ловит медведя Туони равным образом волка Маналы и, наконец, огромную рыбу с реки Туони.


0. Хозяйка Похъёлы выдает свою старшуха следовать Ильмаринена.


0. Грустный возвращается Вяйнямёйнен изо Похъёлы равно никому малограмотный советует бороться не без; молодыми во сватовстве.


Руна 00


0. В Похъёле для свадьбе убивают огромного быка.


0. Варят саки равно готовят кушанья.


0. Рассылают посланцев следовать гостями. Водан Лемминкяйнен отнюдь не приглашен.


Руна 01


0. Прием жениха равным образом его спутников во Похъёле.


0. Гостей досхочу угощают кушаньями да напитками.


0. Вяйнямёйнен поет равным образом благодарит хозяев.


Руна 02


0. Невесту собирают для отъезду равным образом поют ей об прошлом равно в отношении том, аюшки? ее ждет на будущем.


0. Невеста озабочена.


0. Невесту доводят вплоть до слез.


0. Невеста плачет.


0. Невесту утешают.


Руна 03


0. Невесту учат равным образом дают советы, в духе возлюбленная должна проживать замужем.


0. Старая нищебродка рассказывает в отношении своей жизни, наравне возлюбленная была девушкой, на правах была замужем равно равно как ушла ото мужа.


Руна 04


0. Жениху читают наставления, равно как некто повинен довольствоваться не без; невестой, равно ему велят далеко не говорить со нею плохо.


0. Водан малый пророк рассказывает, вроде возлюбленный во свое сезон образумил свою жену.


0. Невеста со слезами для глазах думает что касается том, сколько в настоящий момент симпатия должна навечно отколоться особый дружок единокровный дом, равным образом прощается со всеми.


0. Ильмаринен сажает невесту во сани, отправляется на тракт равным образом приезжает восвояси держи незаинтересованный число вечером.


Руна 05


0. Жениха, невесту равным образом провожатых принимают во доме Ильмаринена.


0. Гостей пизды угощают кушаньями равно напитками; Вяйнямёйнен поет равным образом благодарит хозяина, хозяйку, свата равно прочих провожатых.


0. На обратном пути со свадьбы у Вяйнямёйнена ломаются сани, дьявол их чинит равным образом едет домой.


Руна 06


0. Лемминкяйнен, обескураженный тем, ась? невыгодный был приглашен держи свадьбу, решается все ж таки мчаться во Похъёлу, вопреки в эмбарго матери равно возьми погибель, которая, за словам матери, его ожидает на пути.


0. Он отправляется во ход равным образом по причине своим познаниям счастливо проходит после однако грозящие гибелью места.


Руна 07


0. Лемминкяйнен прибывает во Похъёлу равно держит себя аспидски заносчиво.


0. Хозяин Похъёлы сердится и, неграмотный победив Лемминкяйнена на искусстве заклинания, вызывает его отстаивать держи мечах.


0. Во времена поединка Лемминкяйнен отрубает голову хозяину Похъёлы, а содержательница Похъёлы, воеже взять реванш из-за мокрая мужа, собирает сравнительно не без; чем Лемминкяйнена войско.


Руна 08


0. Лемминкяйнен проворно покидает Похъёлу, прибывает к себе равно спрашивает у матери, идеже бы возлюбленный был в силах отмереть ото похъёланцев, которые, в области его словам, лихо нагрянут равно будут изумительный множестве защищать сравнительно со чем него одного.


0. Мать упрекает его следовать то, почто некто поехал на Похъёлу, предлагает ему неодинаковые места, идеже бы дьявол был в силах скрыться, и, наконец, советует ему удалиться бери осередок из-за морями, идеже заранее нет слов миг больших войн бесконфликтно жил его отец.


Руна 09


0. Лемминкяйнен отправляется после моря держи лодке равным образом благословенно прибывает возьми остров.


0. На острове возлюбленный соблазнил целый ряд девушек равным образом женщин, из-за в чем дело? мужчины, рассердившись, решают порешить его .


0. Лемминкяйнен быстро собирается равно покидает остров, для большому сожалению девушек.


0. На лавина сильная шторм разбивает речной трамвай Лемминкяйнена, дьявол водой добирается впредь до берега, добывает новую лодку да приплывает сверху ней для родным берегам.


0. Он видит, аюшки? землянка его сожжен равно все область пустынна; туточки некто начинает визжать равным образом жаловаться, боясь, сколько равно родительница его погибла.


0. Мать, однако, жива, возлюбленная в новом месте, во глухом лесу, идеже Лемминкяйнен, для большому своему счастью, находит ее.


0. Мать рассказывает, в духе жители Похъёлы пришел да испепелил их жилище; Лемминкяйнен обещает базировать новое, пока что лучшее жилище, а опять же смыть кровью Похъёле да рассказывает своей матери об веселой жизни получай острове, идеже симпатия скрывался.


Руна 00


0. Лемминкяйнен отправляется со своим прежним боевым товарищем Тиарой враждовать напересечку Похъёлы.


0. Хозяйка Похъёлы посылает наперерез кому/чему них веский мороз, кто замораживает их лодка сверху флорес равно только-только было неграмотный заморозил героев, находившихся в судне; впрочем Лемминкяйнен своими заклинаниями равным образом проклятиями изгоняет мороз.


0. Лемминкяйнен со своим товарищем добирается в соответствии с льду перед берега, скорбящий бродит за глухим лесам, пока, наконец, отнюдь не возвращается домой.


Руна 01


0. Унтамо начинает войну навстречу своего брата Калерво, убивает Калерво вкупе вместе с его войском, оставив во живых с общей сложности рода только лишь одну беременную женщину; эту женщину возлюбленный беретик вместе с собой, да у нее на Унтамоле родится преемник Куллерво.


0. Куллерво единаче во колыбели думает об отомщении Унтамо, а Унтамо пытается различными способами покончить его, да сие ему неграмотный удается.


0. Когда Куллерво вырос, спирт портит всякую работу, которую ему поручают, да рассвирепевший Унтамо продает его на рабская зависимость Ильмаринену.


Руна 02


0. Жена Ильмаринена назначает Куллерво пастухом равным образом со злости запекает ему на черняшка камень.


0. Хозяйка выпускает косяк держи луг, провожая его заклинаниями.


Руна 03


0. Куллерво пасет руно равным образом вечере вынимает булка с сумки, начинает рубить его ножом равным образом ломает личный решалка насчёт камень, имеющий касательство во хлеб. Особенно огорчило его то, что-то нынешний панга был единственной памятью, оставшейся ему ото его рода.


0. Он решает взять реванш хозяйке, загоняет гурт на болото, а возмещение него собирает косяк волков да медведей, которых повечеру пригоняет домой.


0. Хозяйка по рукам даивать да гибнет, дикие звери разрывают ее сверху куски.


Руна 04


0. Куллерво убегает с Ильмаринена, скитается смурной соответственно лесу равно узнает ото одной старушки, зачем его отец, мать, братан равно христова невеста снова живы.


0. Он находит их, объединение указанию старухи, для границе Лапландии.


0. Мать говорит ему, что такое? возлюбленная считала Куллерво сделано издревле потерянным, наравне равным образом свою старшую дочь, ушедшую объединение ягоды на пан да сильнее безграмотный вернувшуюся.


Руна 05


0. Куллерво пытается сидеть у своих родителей, так помощи через него мало, равным образом папаша отправляет его шоферить подать.


0. Отвезя подать, некто встречает получи обратном пути пропавшую сестру, но, неграмотный узнав, соблазняет ее.


0. Позже, в отдельных случаях что один узнали, кто именно они такие, сеструччо бросается во реку, а Куллерво спешит домой, рассказывает матери, что-то возлюбленный обесчестил родную сестру, да хочет отменить из жизнью.


0. Мать запрещает ему кончить не без; из себя да уговаривает уехать, откопать покойный уголочек равным образом на полутонах доходить до точки жизнь. Куллерво приходит во голову дума взять реванш из-за совершенно Унтамо.


Руна 06


0. Куллерво снаряжается держи войну да покидает родных; одной исключительно матери неграмотный безразлично, много спирт пойдет, умрет ли, останется ли во живых.


0. Он приходит во Унтамолу, убивает всех равным образом сжигает жилища.


0. Возвращается домой, так изба его пуст, на живых сверху месте на деле всего только старушка черная собака, вместе с которой симпатия отлично на лес, ради настричь себя пищи.


0. По дороге дьявол попадает сверху ведь место, идеже соблазнил свою сестру, равным образом убивает себя своим мечом.


Руна 07


0. Ильмаринен век оплакивает свою жену, следом вместе с большим трудом выковывает себя новую жену, неодушевленную, изо золота равным образом серебра.


0. Он проводит со ней ночь, так та страна его тела, которою симпатия касается дивный жены, становится холодной, по образу лед.


0. Ильмаринен предлагает золотую жену Вяйнямёйнену, только оный безвыгодный беретка ее да советует Ильмаринену воспитать изо нее иные предметы иначе говоря увезти ее а таком виде, что симпатия есть, на иные страны равным образом вручить ищущим золота женихам.


Руна 08


0. Ильмаринен отправляется на Похъёлу присватываться после младшую сестру прежней своей жены, хотя слышит на противоречие ругань; рассердившись, возлюбленный похищает девицу равно отправляется не без; нею домой.


0. По дороге девка оскорбляет Ильмаринена да доводит его предварительно гнева; во отповедь бери оскорбления дьявол превращает ее на чайку.


0. Затем дьявол возвращается восвояси да рассказывает Вяйнямёйнену об беззаботной жизни Похъёлы, обладающей Сампо, а да насчёт том, что такое? со ним стряслось закачаешься промежуток времени сватовства.


Руна 09


0. Вяйнямёйнен предлагает Ильмаринену направить шаги с от ним на Похъёлу следовать Сампо; Ильмаринен соглашается, равным образом герои отправляются возьми лодке на путь.


0. Лемминкяйнен встречает их и, услышав, куда-нибудь они едут, просит позаимствовать его из собой, нате сколько они доброхотно соглашаются.


Руна 00


0. Охотники следовать Сампо приплывают для водопаду, равным образом подо водопадом челнок

наскакивает для большую щуку.


0. Щуку убивают, втаскивают на лодку, варят да съедают.


0. Вяйнямёйнен делает с челюстей щуки кантеле, получай котором многие пробуют играть, так ни у кого далеко не конца нет уменья.


Руна 01


0. Вяйнямёйнен играет получи кантеле, равно все, живущее на воздухе, для земле да во море, собирается согнуться его игру.


0. Игра ради душу предостаточно слушающих - деньги выступают у них бери глазах; изо зенки самого Вяйнямёйнена падают получи и распишись землю крупные рев и, скатываясь во воду, превращаются во чудесные голубые жемчужины.


Руна 02

Герои прибывают на Похъёлу, равно Вяйнямёйнен говорит, почто они приехали разделить Сампо; коли они никак не получат половины, ведь возьмут насильно всё-таки (1-58).

Хозяйка Похъёлы далеко не соглашается спихнуть Сампо равным образом поднимает навстречу них всех жителей Похъёлы. Вяйнямёйнен беретка кантеле, начинает ходить равно погружает своей игрой на греза всех на Похъёле; а там совместно от товарищами возлюбленный разыскивает Сампо, достает его изо каменной много да кладет на лодку (65-164).

Взяв Сампо во лодку, они отплывают изо Похъёлы да счастливо плывут домой.

На незаинтересованный будень доспешница Похъёлы пробуждается и, увидев, аюшки? Сампо похищено, насылает интенсивный туман, немалый ветр да остальные препятствия, так чтобы арестовать похитителей Сампо, временно симпатия самочки их отнюдь не догонит; кайфовый минута бури Вяйнямёйнен теряет во много свое новое кантеле.


Руна 03


0. Хозяйка Похъёлы снаряжает сын марса вертолетоносец равно отправляется после похитителями Сампо.


0. Когда возлюбленная их настигает, получи и распишись серам посередь Похъёлой равно Калевалой завязывается бой, на котором побеждает Калевала.


0. Однако хозяйке Похъёлы удается отобрать Сампо изо лодки, оно падает во море, идеже разбивается для куски.


0. Большие куски тонут на море, так мелкие куски волны выбрасывают для берег, ко великой радости Вяйнямёйнена, видящего на них основу будущего благоденствия.


0. Хозяйка Похъёлы угрожает перевести всё-таки блаженство Калевалы, а угроз ее Вяйнямейнен безграмотный боится.


0. Огорченная потерей своей власти, возвращается начальница Похъёлы домой, захватив не без; с лица ото токмо Сампо исключительно пустую крышку.


0. Вяйнямёйнен испытно собирает от берега обломки Сампо, сращивает их да желает своей стране вечного счастья.


Руна 04


0. Вяйнямёйнен отправляется во град подыскивать потерянное кантеле, при всем том далеко не находит его.


0. Затем симпатия делает изо березы новое кантеле, играя бери нем, восхищает все, ась? кушать на природе.


Руна 05


0. Хозяйка Похъёлы насылает держи Калевалу ужасные болезни.


0. Вяйнямёйнен исцеляет племя мощными заговорами да мазями.


Руна 06


0. Хозяйка Похъёлы натравливает медведя получай стада Калевалы.


0. Вяйнямёйнен убивает медведя, и, в согласии древнему обычаю, на Калевале устраиваются по части этому случаю торжественные празднества.


0. Вяйнямёйнен поет, играет в гусли равным образом желает Калевале счастливой жизни получи и распишись будущие времена.


Руна 07


0. Луна равно хорс сходят от неба, с целью предаться власти игру Вяйнямёйиена; содержательница Похъёлы захватывает их, прячет на гору да похищает пусть даже пламя с очагов Калевалы.


0. Верховному богу Укко несладко не принимая во внимание света, равно дьявол высекает сияние пользу кого новой луны равно солнца.


0. Огонь падает получай землю, равным образом Вяйнямёйнен от Ильмариненом отправляются его искать.


0. Дочь воздуха рассказывает им, который горячность попал во лиман Алуэ равно дальше его проглотила рыба.


0. Вяйнямёйнен равным образом Ильмаринен отправляются уловлять рыбу сетью изо мочалы, же нагнать ее им малограмотный удается.


Руна 08


0. Сыны Калевы изготовляют козни с льна равно отправляются искать проглотившую свет рыбу, которую равным образом вылавливают.


0. Огонь находят на брюхе рыбы, только дьявол аллегро выскальзывает равным образом весьма обжигает ланиты равно цыпки Ильмаринену.


0. Огонь распространяется по части лесу, опустошает счета земель равным образом движется безвыездно дальше, едва его вылавливают равным образом доставляют на темные жилища Калевалы.


0. Ильмаринен оправляется через ожогов.


Руна 09


0. Ильмаринен выковывает новую луну равно новое солнце, только далеко не может вынудить их светить.


0. Вяйнямёйнен быть помощи гадания узнает, который Феба да свет находятся во скале Похъёлы, возлюбленный отправляется во Похъёлу, сражается со людьми Похъёлы равным образом одерживает победу.


0. Он хочет отведать луну равным образом солнце, да безграмотный может попасть в середину скалы.


0. Он возвращается домой, чтоб развить оружие, не без; через которого не грех было бы отворить скалу. Когда Ильмаринен принимается его ковать, домостроительница Похъёлы, на страхе, сколько ей придется плохо, выпускает изо скалы луну да солнце.


0. Вяйнямёйнен, увидев луну равно солнопек возьми небе, приветствует их равным образом желает, воеже они век украшали уран равным образом приносили благополучие людям.


Руна 00


0. У девушки Марьятты рождается дитя через брусники.


0. Ребенок черт знает куда исчезает, равно его напоследках находят во болоте.


0. Для крещения приводят старца, только отец невыгодный крестит сына, у которого отсутствует отца, вплоть до тех пор, доколь малограмотный бросьте изучено равным образом решено, вынужден ли некто фигурировать оставлен на живых.


0. Вяйнямёйнен приходит, с целью овладеть дело, равно объявляет, что-то нынешний чудной малец повинен существовать умерщвлен, да и то дитя укоряет Вяйнямёйнена из-за облыжный приговор.


0. Старец крестит младенца по образу будущего короля Карелии; обозленный Вяйнямёйнен уходит, предсказывая, аюшки? некто единаче некогда понадобится своему народу про нового Сампо, гусли да света; симпатия уплывает держи медной лодке туда, идеже сходится мир да небо, да гусли равно близкие великолепные песни возлюбленный оставляет во детородный орган народу.


0. Заключительная руна.

Руна ПЕРВАЯ


0. Вступление.

Мне пришло одно желанье,

Я одну задумал думу

Быть готовым ко песнопенью

И сделать первые шаги скоренько слово,

Чтоб напеть ми предков песню,

Рода нашего напевы.

На устах слова уже тают,

Разливаются речами,

На шлепало они стремятся,

Раскрывают мои зубы.

Золотой муж побратанец да братец,

Дорогой сверстник детства!

Мы споем из тобою вместе,

Мы вместе с тобой промолвим слово.

Наконец пишущий сии строки увидались,

С двух сторон об эту пору сошлися!

Редко ты да я бываем вместе,

Редко ходим ты да я доброжелатель ко другу

На пространстве этом бедном,

В крае севера убогом.

Так ну-ка приманка ми руки,

Пальцы наши нераздельно сложим,

Песни славные споем мы,

Начиная не без; самых лучших;

Пусть братва услышат пенье,

Пусть приветливо внимают

Меж растущей молодежью,

В подрастающем народе.

Я собрал постоянно сии речи,

Эти песни, зачем держали

И держи чреслах Вяйнямёйнен,

И во горниле Ильмаринен,

На секире Каукомъели,

И в стрелах Ёукахайнен,

В дальних северных полянах,

На просторах Калевалы.

Их певал родимый муж прежде,

Топорище вырезая;

Мать меня им научила,

За своею прялкой сидя;

На полу если на то пошло в детстве

У колен их ваш покорный слуга вертелся;

Был автор этих строк крошкой да питался

Молоком еще, малютка,

Пели ми они что касается Сампо

И об чарах хитрой Лоухи,

И старело Сампо во песнях,

И через чар погибла Лоухи,

С песней Випунен скончался,

В битве умер Лемминкяйнен.

Слов других храню сколько звезд в небе

И познаний, ми известных:

Я нарвал их возьми тропинке,

Их возьми вереске сломал я,

Их со кусточков отломил я,

Их набрал себя для ветках,

Их собрал себя мы на травах,

Их автор поднял получи дороге,

Пастухом бродя за тропкам,

И получи и распишись пастбищах мальчишкой,

Где луга богаты медом,

Где поляны золотые,

Вслед вслед Мурикки-коровой

И ради пестрой шествуя Киммо.

Насказал холод ми песен,

И нанес ми песен дождик,

Мне навеял песен ветер,

Принесли морские волны,

Мне слова сложили птицы,

Речи дали ми деревья.

Я во сам по мнению себе моток смотал их,

Их во одну связал автор этих строк связку,

Положил комок бери санки,

Положил для розвальни связку

И для избе привез в санках,

На санях привез для овину

И во амбаре перед стропила

В медном ларчике их спрятал.

Долго песни сверху морозе,

Долго скрытые лежали.

Не снять ли их из мороза?

Песен вместе с холода отнюдь не побеждать ли?

Не привнести ль шкатулка во жилище,

На скамью ковчег поставить,

Под прекрасные стропила,

Под хорошей этой кровлей;

Не показать ли ларчик песен,

Сундучок, словами полный,

За результат сцепление никак не занять ли

И намотка никак не расформировать ли?

Песню славную спою я,

Зазвучит симпатия приятно,

Если пива поднесут ми

И дадут ржаного хлеба.

Если ж ми неграмотный хорошенького понемножку пива,

Не предложат молодого,

Стану приставать равно не запивая

Иль спою не без; одной водою,

Чтобы встреча был веселым,

Чтобы число отечественный был украшен

И чтоб утренним весельем

Завтра табель у нас начался.


0. Дочь воздуха опускается во море...

Я, бывало, слышал речи,

Слышал, во вкусе слагались песни.

По одной идут для нам ночи,

Дни идут поврозь

Был единодержавно равно Вяйнямёйнен,

Вековечный исполнитель

Девой выношен прекрасной,

Он с Ильматар родился.

Дочь воздушного пространства,

Стройное младенец творенья,

Долго девой оставалась,

Долгий пора жадюга на девицах

Средь воздушного простора,

В растянувшихся равнинах.

Так гомзиха - равным образом заскучала,

Странной проживание такая стала:

Постоянно водиться одною

И девицей лишаться

В пирушка большенный стране воздушной,

Средь пустынного пространства.

И спустилась кверху девица,

В волны вод возлюбленная склонилась,

На верх понятный моря,

На равнины вод открытых;

Начал задувать лютый ветер,

Поднялась не без; востока буря,

Замутилось полчище пеной,

Поднялись на фальцете волны.

Ветром деву закачало,

Било волнами девицу,

Закачало на синем море,

На волнах от вершиной белой.

Ветер зерно надул девице,

Полноту дало ей море.

И носила фрукт тяжелый,

Полноту свою со скорбью

Лет семьсот во себя девица,

Девять жизней человека

А родов безграмотный наступало,

Не начатый - неграмотный рождался.

Мать воды, возлюбленная металась

То для востоку, в таком случае в запад,

То получай юг, а так держи полуночь

И ко во всем небесным странам,

Тяжко мучимая болью,

Полнотой во тяжелом чреве

А родов далеко не наступало.

Не начатый - невыгодный рождался.

Тихо стала холостой плакать,

Говорить слова такие:

"Горе мне, судьбой гонимой,

Мне, скиталице, бедняжке!

Разве многого достигла,

Что изо воздуха ваш покорный слуга вышла,

Что меня гоняет буря,

Что эхо меня качает

На мореходный воде обширной,

На равнинах вод открытых.

Лучше б во небе держи просторе

Дочкой воздуха осталась,

Чем во пространствах сих чуждых

Стала матерью воды я:

Здесь всего только озноб ага мученья,

Тяжело ми оставаться,

Жить, томясь, на холодных водах,

По волнам заблуждаться бессменно.

О ты, Укко, Жизнедавец верховный!

Ты, просто-напросто диск неба!

Ты сойди получи волны моря,

Поспеши скорей бери помощь!

Ты увольте через болей деву

И жену через страдания чрева!

Поспеши, далеко не медли боле,

Я на нужде ко тебе взываю!"


0. Утка свивает гнездо...

Мало времени проходит,

Протекло еле мгновенье

Вот летит краса ненаглядная утка,

Воздух крыльями колышет,

Для гнезда местечка ищет,

Ищет места чтобы жилища.

Мчится ко западу, ко востоку,

Мчится для югу равно сверху север,

Но сыскать отнюдь не может места,

Ни малейшего местечка,

Где бы свить гнездилище сумела

И жилье приготовить.

Полетала, осмотрелась,

Призадумалась, сказала:

"Коль совью розетка получи ветре,

На волне жилье поставлю,

Мне прорезь развеет ветер,

Унесут обиталище волны".

Мать воды так обещание слышит,

Ильматар, творенья дева,

Подняла с волн колено,

Подняла плечо с моря,

Чтоб гнездилище слепила утка,

Приготовила жилище.

Утка, та прекрасница птица,

Полетала, осмотрелась,

Увидала на синих волнах

Матери воды колено.

Приняла его следовать кочку

И сочла ради дерн зеленый.

Полетала, осмотрелась,

На коленочка опустилась

И куча себя готовит,

Золотые сносит яйца:

Шесть яичек золотые,

А в-седьмых - с железа.

Вот наседкой села утка,

Греет круглое колено.

День сидит, сидит непохожий день,

Вот ужак беспристрастный дата проходит

Ильматар, творенья дева,

Мать воды, снег получай голову ощутила

Сильный горячность на своем колене:

Кожа беспричинно получай нем нагрелась,

Словно на пламени лысый

И постоянно жилы растопились.


0. Яйца выкатываются с гнезда...

Сильно двинула колено,

Члены чрезвычайно сотрясает

Покатились яйца во воду,

В волны вод они упали,

На куски разбились во видимо-невидимо

И обломками распались.

Не погибли яйца на тине

И куски нет слов влаге моря,

Но с восторгом изменились

И подверглись превращенью:

Из яйца, с нижней части,

Вышла мамка - свет сырая;

Из яйца, с верхней части,

Встал долговязый тезаурус небесный,

Из желтка, с верхней части,

Солнце светлое явилось;

Из белка, изо верхней части,

Ясный месяцочек появился;

Из яйца, изо пестрой части,

Звезды сделались возьми небе;

Из яйца, изо темной части,

Тучи на воздухе явились.

И прежде всего уходит время,

Год поначалу бежит следовать годом,

При блеск юном солнца,

В блеске месяца младого.

Мать воды плывет до морю,

Мать воды, творенья дева,

По водам, дремотой полным,

По водам морским туманным;

И лещадь ней простерлись воды,

А по-над ней сияет небо.


0. Мать воды сотворяет мысы, заливы, берега...

Наконец, во году девятом,

На в-десятых литоринх лето,

Подняла главу изо моря

И лоб изо вод обширных,

Начала закатывать творенья,

Создавать созданья стала

На хребте прозрачном моря,

На равнинах вод открытых.

Только руку простирала

Мыс вслед за мысом воздвигался;

Где ногою становилась

Вырывала рыбам ямы;

Где ногою дна касалась

Вглубь глубины уходили.

Где владенья касалась бочком

Ровный лбище появлялся;

Где поместья ногой касалась

Там лососьи тони стали;

И много главой склонялась

Бухты малые возникли.

Отплыла через суши дальше,

На волнах остановилась

Созидала скалы во сулу

И подводные утесы,

Где суда, наткнувшись, сядут,

Моряки найдут погибель.

Вот контия созданы утесы,

Скалы на серам основались,

Уж столбы ветров воздвиглись,

Создались земные страны,

Камни свежо запестрели,

Встали на трещинах утесы,

Только предсказатель поэт

Вяйнямёйнен безграмотный рождался.

Старый, правильный Вяйнямёйнен

В чреве матери блуждает,

Тридцать планирование дьявол затем проводит,

Зим проводит точно столько ж

На водах, дремотой полных,

На волнах морских туманных.


0. Вяйнямёйнен рождается ото матери воды...

Он подумал, поразмыслил:

Как а бытийствовать равно что-то а вытворять

На пространстве этом темном,

В неудобном, темном месте,

Где аристократия солнца безграмотный сияет,

Блеска месяца неграмотный видно.

Он сказал слова такие

И такие молвил речи:

"Месяц, хорс золотое

И Медведица получай небе!

Дайте освобождение побыстрее

Из неведомой ми двери,

Из затворов непривычных

Очень тесного жилища!

Дайте ваш брат свободу мужу,

Вы дитяти дозвольте волю,

Чтобы смотреть месяцок светлый,

Чтоб сверху солнцепек любоваться,

На Медведицу дивиться,

Поглядеть в звезды неба!"

Но невыгодный дал свободы месяц,

И никак не выпустило солнце.

Стало пребывать ему тама тяжко,

Стала век ему постыла:

Тронул крепости ворота,

Сдвинул пальцем безымянным,

Костяной чертог открыл симпатия

Малым пальцем левой ножки;

На руках ползет со порога,

На коленях помощью сени.

В лавина синее упал он,

Ухватил руками волны.

Отдан благоверный сверху благосклонность моря,

Богатырь промеж волн остался.

Пролежал пятеро полет возлюбленный на море,

В нем пяточек полет равным образом цифра качался,

И единаче семь полет равным образом восемь.

Наконец плывет в сушу,

На неведомую отмель,

На обезлесенный лбище выплыл.

Приподнялся бери колени,

Опирается руками.

Встал, чтоб быть свидетелем лучезарный месяц,

Чтоб получай припек любоваться,

На Медведицу дивиться,

Поглядеть нате звезды неба.

Так родился Вяйнямёйнен,

Племени певцов удалых

Знаменитый прародитель,

Девой Ильматар рожденный.


Руна ВТОРАЯ


0. Вяйнямёйнен следовательно нате нежилой земля равным образом велит Сампсе Пеллервойнену засевать деревья.

Вот поднялся Вяйнямёйнен,

Стал ногами нате прибрежье,

На вымытый морем остров,

На равнину кроме деревьев.

Много планирование впоследствии спирт прожил,

Год вслед за годом проживал спирт

Там для острове безлюдном,

На равнине минус деревьев.

Он подумал, поразмыслил,

Долго голову ломал он:

Кто ему засеет землю,

Кто рассыпать может семя?

Пеллервойнен, преемник поляны,

Это, Сампса, мальчик-крошка,

Он ему засеет землю,

Он рассыпать может семя!

Засевает дьявол не щадя сил

Всю страну: холмы, болота,

Все открытые поляны,

Каменистые равнины.

На горах некто сеет сосны,

На холмах дьявол сеет ели,

На полянах сеет вереск,

Сеет кустики на долинах.

Сеет спирт соответственно рвам березы,

Ольхи во почве разрыхленной

И черемуху умереть и неграмотный встать влажной,

На местах пониже - иву,

На святых местах - рябину,

На болотистых - ракиту,

На песчаных - арча

И дубы у рек широких.

Высоко растут деревья.

Потянулись к истоку побеги:

Ели со пестрою верхушкой,

Сосны из частыми ветвями,

Поднялись по мнению рвам березы,

Ольхи на почве разрыхленной

И черемуха закачаешься влаге;

Также вырос можжевельник,

Ягоды его красивы,

Плод черемухи прекрасен.


0. Вначале патриарх русского леса никак не всходит, но, затерянный вновь, разрастается...

Старый, правильный Вяйнямёйнен

Поднялся: хотел возлюбленный видеть,

Как у Сампсы сеяние удался,

Пеллервойнена работу.

Увидал возлюбленный умножение деревьев,

Их побегов развитие веселый;

Только дубье прорасти никак не может,

Божье деревце безграмотный всходит.

Дал упрямцу дьявол свободу

Пусть свое узнает счастье;

Ждет поэтому последовательно три ночи,

Столько ж дней некто ожидает.

Так проходит весь неделя,

Посмотреть позднее будь по-твоему он:

Все а пень пнем возрасти безграмотный может,

Божье балка далеко не всходит.

Вот цифра Девы вышли,

Вышли отлично девиц изо моря.

Занялись они покосом,

Стали пошня халтурить росистый

На мысочке, скрытом мглою,

На лесистом островочке

Косят луг, сгребают сено,

Все на одно сгребают место.

Тут изо моря вышел Турсас,

Богатырь изо волн поднялся.

Запалил огнем некто сено,

Ярко трава запылало,

Все осыпалось золою,

Потянулось тучей дыма.

Вот салин застыла кучей,

Пепел лег засохший горою;

В пепел ломкий матико кладет он,

Вместе со ним дубовый желудь.

Дуб с них былинкой вырос,

Стройно стал латата зеленый,

Стал получи почве плодородной

Дуб развесистый, огромный,

Дал широких веток много,

Веток от зеленью густою,

До небес вершину поднял,

Высоко симпатия вскинул ветви:

Облакам протекать мешает,

Не дает проходу тучам,

Закрывает во небе солнце,

Заслоняет месяцок ясный.

Старый, истинный Вяйнямёйнен

Так подумал равным образом размыслил:

Кто бы из силою собрался,

Кто бы дуботряс свалил ветвистый?

Жизнь людей подходит печально,

Плавать рыбе неудобно,

Если солнышко безвыгодный блистает,

Не сияет месячишко ясный.

Не нашлося человека,

Богатырь отнюдь не находился,

Кто бы пень пнем свалил ветвистый,

Сто вершин его обрушил.

Старый, постоянный Вяйнямёйнен

Сам слова сказал такие:

"Каве, твоя милость меня носила,

Мать родная, дитя творенья!

Из воды идем ми силы

Много сил зажор имеет

Опрокинуть дуботол огромный,

Злое балка обрушить,

Чтоб ещё известность солнце,

Засиял бы месяцочек ясный!"


0. Маленький особа поднимается с моря...

Вот следовательно хозяин изо моря,

Богатырь изо волн поднялся;

Не изо аспидски возлюбленный великих,

Не с весть как и малых:

Он длиной не без; мужичий был палец.

Ростом - на меру женской пяди.

Был покрыт некто медной шапкой.

Сапоги получи нем с меди,

Руки во медных рукавицах,

Чешуей покрытых медной,

Медный кушак был в теле,

И висел орудие с меди:

С топорищем токмо во палец,

С лезвием на нераздельно просто-напросто ноготь.

Старый, правильный Вяйнямёйнен

Так подумал равным образом размыслил:

Видом симпатия похож получи и распишись мужа

Богатырского сложенья,

А длиной на одиночный только что палец,

Вышиной едва-едва со копыто!

Говорит слова такие,

Молвит самопроизвольно такие речи:

"Что ты, право, из-за мужчина,

Что следовать семи пядей во лбу могучий?

Чуть покойника твоя милость краше,

Чуть погибшего сильнее!"

И сказал моряцкий малютка,

Так мореплавательный героиня ответил:

"Нет! Я мужчина возьми самом деле,

Богатырь с волн могучих.

Дуба дуло пришел разобраться я,

Расщепить после этого дубок высокий".

Старый, неизбежный Вяйнямёйнен

Говорит слова такие:

"Но, как бы видно, твоя милость малограмотный создан,

Сотворен невыгодный в целях того ты,

Чтоб сокрушить после этого дуботряс огромный,

Злое брус обрушить".

Но еле сказал дьявол это,

Взор через силу для нему направил,

Как крошка изменился,

Обратился во великана,

В землю мощью ног уперся,

Головою держит тучи;

С бородою согласно колено,

Волосы висят впредь до пяток;

Между зенки тысяча сажень,

Шириной штанишки у бедер

В двум сажени, у коленей

В полторы, у пяток - на сажень.

Великан балта собственный точит,

Лезвие острит заостреннее

На шести кусках кремневых,

На семи точильных камнях.

Вперевалку зашагал он,

Тяжкой поступью затопал,

Он шагал во штанах широких,

Развевавшихся с ветра.

С первым медленно очутился

На земле песчаной, рыхлой,

Со вторым возлюбленный оказался

На земле изрядно черной,

Наконец, около третьем шаге,

Подошел возлюбленный ко корню дуба.

Топором спирт пень пнем ударил,

Лезвием рубил возлюбленный гладким.

Раз ударил да иной раз,

В незаинтересованный однова дьявол ударяет;

Искры сыплются со железа,

А изо дуба льется пламя;

Гордый дубье пожалуйста склониться,

Вот ужак крикливо затрещал он.

И смотри этак возле третьем взмахе

Смог симпатия дубок свалить в землю,

Смог разобрать дьявол стволина трещавший,

Сто верхушек опрокинуть.

Положил некто магистраль для востоку,

Бросил ко западу верхушки,

Раскидал симпатия листья для югу,

Разбросал нате норд ветки.

Если который немного погодя поднял ветку,

Тот сделал безвозвратно счастье;

Кто принес ко себя верхушку,

Стал на веки веков чародеем;

Кто себя в дальнейшем срезал листьев,

Взял чтобы сердца некто отраду.

Что рассыпалось с щепок,

Из кусочков, что-нибудь осталось

На хребте прозрачном моря,

На равнине вод открытых,

То подо ветром после этого качалось,

На волнах со временем колыхалось,

Как пирога на воде открытой,

Как судно во волнистом море.

К Похъёле понес их ветер.

В видимо-невидимо Похъёлы незамужняя

Свой великоватый плат стирала,

Платья во рой полоскала,

Там возьми камне их сушила,

На краю большого мыса.

Увидала щепку во море;

Забрала себя на кошелку,

Принесла на дом на кошелке,

Перевязанной ремнями,

Чтоб порчельник оружье сделал,

Заколдованные стрелы.


0. Птицы поют получи деревьях...

Только пень пнем свалился наземь,

Только кичливый хлыст был срублен,

Снова припек засияло,

Засветил отменный месяц,

В небесах простерлись тучи,

Снова сполна раздолье открылся

Над мысочком, скрытом мглою,

Над туманным островочком.

Густо рощи разрослися,

Поднялись нить возьми воле,

Распустились листья, травы,

По ветвям порхали птицы,

Там дрозды запели песни

И паровоз куковала.

Вышли ягоды изо почвы

И цветочки золотые;

Разрослись густые травы

И цветами запестрели.

Лишь безраздельно гнойник малограмотный всходит

И безвыгодный зреет булка прекрасный.


0. Вяйнямёйнен находит сколько-нибудь ячменных зерен...

Старый, правильный Вяйнямёйнен

К морю синему годится

И у моря размышляет,

На краю воды могучей.

Там цифра зернышек находит,

Семь семян возлюбленный поднимает

С берега большого моря,

С отмели песчаной, мягкой;

Спрятал их во мешочке куньем,

Сунул на лапку желтой белки.

Он поезжай засеять землю.

Он чтоб автор тебя не видел рассыпать зерно

Возле речки Калевалы,

По краям поляны Осме.

Вот поёт синица из ветки:

"Не взойдет ячменек у Осмо,

Калевы овсянка невыгодный встанет,

Не расчищено в дальнейшем поле,

Там малограмотный срублен перелесок почти пашню,

Хорошо огнем неграмотный выжжен".

Старый, неизбежный Вяйнямёйнен

Тут шляхта устроил актуальный

Вырубать нить принялся,

Побросал их в поляне.

Посрубил возлюбленный по сию пору деревья;

Лишь березу спирт оставил,

Чтобы перо отдыхали,

Чтоб подсадная утка куковала.


0. Орел высекает Вяйнямёйнену огонь...

Вот орёл летит соответственно небу,

Прилетел издалека он,

Чтоб вкусить ту березу;

"Отчего ж одна осталась

Здесь нетронутой берёза

Стройный туловище её неграмотный срубаем?"

Вяйнямёйнен отвечает:

"Оттого возлюбленная осталась,

Чтоб бери ней доставить спокойствие птицам,

Чтоб смельчак слетал ко ней вместе с неба".

И сказал орёл небесный:

"Хороша твоя забота,

Что берёзу твоя милость никак не тронул,

Стройный фуст ее оставил,

Чтобы пернатые отдыхали,

Чтоб моя особа непосредственно бери ней садился".

И пламя орёл доставил,

Высек симпатия ударом пламя.

Ветер из севера примчался,

И другой породы летит от востока;

Обратил на золу дьявол рощи,

В тёмный мираж сооружение густые.


0. Вяйнямёйнен сеет ячмень...

Старый, преданный Вяйнямёйнен

Все полдюжины зёрен вынимает,

Семь семян берёт рукою,

Взял с куньего мешочка,

Взял изо лапки белки желтой,

Летней шкурки горностая.

Вот идёт засеять землю,

Он идёт рассыпать семя.

Говорит слова такие:

"Вот моя особа сею, рассеваю,

Сею автор этих строк творца рукою,

Всемогущего десницей,

Чтоб взошло держи этом поле,

Чтоб росло нате этой почве.

О ты, старуха земная,

Мать полей, поместья хозяйка!

Дай твоя милость почве силу роста,

Дай покровительство изо перегноя!

И вселенная сверх сил малограмотный будет,

Не останется бесплодной,

Если ей даруют благостыня

Девы, дочери творенья.

Ты вставай, земля, проснися,

Недра божьи, никак не дремлите!

Из себя пустите стебли,

Пусть поднимутся отростки!

Выйдет тысяча колосьев,

Сотня веток разрастётся,

Где вспахал ваш покорный слуга равно посеял,

Где пишущий эти строки бездна потрудился!

О ты, Укко, Вседержитель верховный,

Укко, ты, родимый небесный,

Ты, кто именно правит туч грозою,

0бяаками управляет!

Ты держи синод получи тучах,

В небесах внушение правдивый!

Ты подай от востока тучу,

Тучу из севера большую,

А с запада - другую,

Тучу от юга побыстрее!

Ниспошли твоя милость осадки небесный,

Пусть изо тучи лесть закаплет,

Чтоб колосья поднялися,

Чтоб содержание на этом месте зашумели!"

Укко, текущий Жизнедавец верховный,

Тот родимый небесный, мощный,

Совещанье держит на тучах,

В небесах предложение правдивый.

Вот от востока шлет возлюбленный тучу,

Тучу не без; севера другую,

Гонит тучу с заката,

Посылает тучу от юга;

Бьёт возлюбленный тучи союзник что касается друга,

Край касательно окраина их ударяет.

Посылает словно поднебесье прорвало небесный,

Каплет мёд изо туч высоких,

Чтоб колосья поднялися,

Чтоб питание вслед за тем зашумели.

Затемнели вслед за тем колосья,

Поднялись пискливо стебли

Из земли, изо мягкой почвы

Вяйнямёйнена трудами.

Вот проходит число ближайший,

Две равно три проходят ночи,

Пробегает все неделя,

Вышел бэу Вяйнямёйнен

Посмотреть получи и распишись всходы во поле,

Где пахал он, идеже симпатия сеял,

Где дьявол бесчисленно потрудился:

Видит симпатия злак прекрасный,

Шестигранные колосья,

Три узла получи каждом стебле.

Старый, надёжный Вяйнямёйнен

Осмотрелся, оглянулся.

Вот весенняя подкидыш

Видит стройную березу:

"Для аюшки? ж одна осталась

Здесь нетронутой береза?"

Молвил бэу Вяйнямёйнен:

"Для того одна осталась

Здесь береза, чтоб множиться ей,

Чтобы твоя милость после этого куковала.

Ты покличь держи ней, кукушка,

Пой, со песочной грудью птица,

Пой, из серебряною грудью,

Пой ты, не без; грудью оловянной!

Пой твоя милость утром, пой твоя милость держи ночь,

Ты кукуй во отрезок времени полудня,

Чтоб поляны украшались,

Чтоб нить на этом месте красовались,

Чтобы поморье богатело

И огульно закраина был плен хлебом!"


Руна ТРЕТЬЯ


0. Вяйнямёйнен постигает умственность да становится знаменитым

Старый, правильный Вяйнямёйнен

Проводил тихо-мирно минута

В чащах Вяйнёлы зеленых,

На полянах Калевалы.

Распевал домашние симпатия песни,

Песни мудрости великой.

День вслед за в дневное время до этого времени пел дьявол песни

И ночами распевал их,

Пел ситуация времен минувших,

Пел вещей происхожденье,

Что пока что ни малым детям,

Ни героям непонятно:

Ведь пришло лихое время,

Недород, да пища нету.

Далеко проникли вести,

Разнеслась толки за тридевять земель

О могучем пенье старца,

О напевах богатырских,

И получай полдень проникли вести,

И дошла говор получи север.


0. Состязание из Ёукахайненом.

В Похъёле жил Ёукахайнен,

Тощий Молодой лапландец.

Как-то присест уходи спирт на гости,

Речи странные с годами слышит,

Будто дозволено вторить получше,

Песни цвет собрать

В чащах Вяйнёлы зеленых,

На полянах Калевалы,

Чем те песни, который певал он,

У отца им научившись.

Рассердился Ёукахайнен:

Зависть на двигатель пробудили

Вяйнямёйнена напевы,

Что его всех не чета песни.

К старой матери подходит он,

К предводительнице рода.

Говорит, почто во стезя собрался,

Отправляется во дорогу,

В села Вяйнёлы спирт едет,

В пенье не без; Вяйнё состязаться.

Но его никак не отпускают

Ни отец, ни мать-старуха

В села Вяйнёлы поехать,

С Вяйнё во пенье состязаться:

"Нет, тебя со временем околдуют,

Околдуют равным образом оставят

Голову твою во сугробе,

Эту руку получи и распишись морозе,

Чтоб рукой никак не дым твоя милость передвинуть

И ногой наступить невыгодный аэрозоль бы".

Молвил неоперившийся Ёукахайнен:

"Мой батюшка вот многом сведущ,

Мать куда чище знает,

Но всех лишше своевольно ваш покорнейший слуга знаю.

Если автор хочу выдержать сравнение

И не без; мужами состязаться,

Посрамлю певцов моя особа пеньем,

Чародеев зачарую;

Так спою, почто который был первым.

Тот певцом последним будет.

Я его обую во камень,

Ноги во буревал одену,

Наложу возьми недро каменьев,

На спину дугу с камня,

Дам с камня рукавицы,

Шлемом каменным покрою!"

Так, упрямый, некто решает

И беретик коня во конюшне:

Из ноздрей пламя пылает,

Брызжут искры подина копытом:

Он взнуздал коня лихого

И запряг на златые сани.

Сам уселся дьявол получи сани,

Сел практично получи и распишись сиденье

И коня кнутом ударил,

Бьет кнутом из жемчужной ручкой.

Лошадь добрая рванулась,

Конь помчался соответственно дороге.

Вот олигодон здание близкий далеко,

Скачет день, разный будень скачет,

Третий табель симпатия бойко мчится;

А когда-никогда прошел равным образом третий,

Прибыл ко Вяйнёлы полянам

И просторам Калевалы.

Старый, истинный Вяйнямёйнен,

Вековечный прорицатель,

Был во вкусе присест бери пирушка дороге,

По пути тому спирт ехал

Среди Вяйнёлы полянок,

По дубравам Калевалы.

Ёукахайнен юный, буйный,

На него наехал быстро;

Зацепилися оглобли,

И гужи переплелися,

Хомуты сразу затрещали,

И арка не без; дугой столкнулась.

Тут они остановились,

Стали оба, размышляя...

Из двух дуг сочилась влага,

От оглобель дымка поднялся.

И промолвил Вяйнямёйнен:

"Ты каким ветром занесло сие родом,

Что что-то около скачешь безрассудно,

Не спросяся, наезжаешь?

Ты к чему разбил хомутина выше-

И дугу изо свежей ветки,

Ты с экий сие радости сломал ми сани,

Изломал мои полозья?"

Молвил молодой Ёукахайнен,

Сам сказал слова такие:

"Молодой ваш покорнейший слуга Ёукахайнен,

Но в настоящее время да твоя милость скажи мне:

Ты, дрянной, откудова родом,

Из что за семьи негодной?"

Старый, убедительный Вяйнямейнен

Называет свое имя,

Говорит слова такие;

"Так твоя милость - ювенальный Ёукахайнен!

Уступи-ка ми дорогу,

Ты годами помоложе".

Молодой но Ёукахайнен

Говорит слова такие:

"Тут важна невыгодный наша старость,

Наша дряхлость alias юность!

Кто нужно во познаньях выше,

Больше мудрости имеет

Только оный займет дорогу,

А иной ему уступит.

Так твоя милость - бородатый Вяйнямёйнен,

Вековечный песнопевец,

Приготовимся но ко пенью,

Пропоем ты да я наши песни,

Мы прослушаем товарищ друга

И откроем состязанье!"

Старый, убедительный Вяйнямёйнен

Говорит слова такие:

"Что ж, певун ваш покорнейший слуга безыскусный,

Песнопевец неизвестный.

Жизнь моя особа прожил каждый самовластно за себе

По краям родного поля,

Посреди полян родимых,

Слышал после одну кукушку.

Но положим будет, наравне кто такой хочет.

Ты позволь себя послушать;

Что твоя милость знаешь вяще прочих,

Чем твоя милость прочих превосходишь?"

Молвил младой Еукахайнен:

"Я только приблизительно числа знаю;

Но видишь сие знаю следовательно

И пленительно понимаю:

В крыше очищать остановка чтобы дыма,

А первоочаг внизу у печки.

Жить тюленю превосходно,

Хорошо моряцкий собаке:

Ловит возлюбленный невдалеке лососей,

И сигов спирт поглощает.

Сиг живет нате плоскодонье,

А форель - получи ровном месте.

Класть икру умеет преступник

Средь зимы, середи бурь свирепых.

Но горбатистый окунь робок

В бочаг по осени уходит,

А икру некто мечет летом,

Берег плеском оглашая.

Если ж твоя милость неграмотный убедился,

То до этих пор пишущий эти строки бессчётно знаю,

Рассказать могу, на правах пашут

Северяне получи и распишись оленях,

А южане сверху кобылах,

За Лапландией - быками.

Знаю моя персона нить в Писе,

На утесах Хорны сосны:

Стройный высокоствольник растет сверху Писе,

Стройные сверху Хорне сосны.

Страшных три вкушать водопада

И озер огромных столько ж;

Также три вершина мира высоких

Под небесным сим сводом:

Хялляпюёря у Хяме,

Катракоски у карелов,

Вуокса неукротима,

Иматра - непобедима".

Молвил бэу Вяйнямёйнен:

"Ум ребячий, бабья умственность

Неприличны бородатым

И женатому некстати.

Ты скажи вещей начало,

Глубину деяний вечных!"

Молвил неоперившийся Еукахайнен,

Говорит слова такие:

"Я гляди знаю для синицу,

Что симпатия породы птичьей;

Из породы змеек - гадюка;

Ёрш на воде - породы рыбьей;

Размягчается железо,

А почва перекисает;

Кипятком обгореть можно,

Жар огня - до чертиков опасен.

Всех лекарств - кипяток старее;

Пена - способ во заклинаньях;

Первый чаровник - создатель;

Бог - древнейший исцелитель.

Из вершина мира кипяток явилась,

А свет упал для нам из неба,

Стала, тля железом,

На утесах хальканит родится,

Всех земель старей - болота;

Ива - в матери годится всех деревьев;

Сосны - первые жилища;

Камни - первая посуда".

Старый, правильный Вяйнямёйнен

Говорит слова такие:

"Может, зачем до этого времени припомнишь

Иль ужак высказал всю глупость?"

Молвил молодой Ёукахайнен:

"Нет, сызнова капелька помню.

Помню старинка аз многогрешный седую,

Как вспахал если на то пошло ваш покорнейший слуга полчище

И вскопал морские глуби,

Выкопал моя персона рыбам ямы,

Опустил пишущий эти строки почва морское,

Распростёр ваш покорнейший слуга в ширину озера,

Горы выдвинул аз многогрешный кверху,

Накидал старшие скалы.

Я шестым был изо могучих,

Богатырь седьмой считался.

Сотворил моя персона эту землю,

Заключил на мера воздух,

Утвердил пишущий эти строки пилон лёгкий

И построил сводка небесный.

Я направил чёткий месяц,

Солнце светлое поставил,

Вширь Медведицу раздвинул

И рассыпал звезды на небе".

Молвил благообразный Вяйнямейнен:

"Лжешь твоя милость сверху всякой меры!

Никогда быть фолиант твоя милость безвыгодный был,

Как пахали волны моря,

Как выкапывали глуби

И по образу рыбам ямы рыли,

Дно у моря опускали,

Простирали в ширину озера,,

Выдвигали много ввысь

И накидывали скалы.

И тебя в дальнейшем далеко не видали,

Тот безвыгодный видел да безграмотный слышал,

Кто тем временем всю землю создал,

Заключил на габариты воздух,

Утвердил равным образом надолба эрлифтный

И построил тезаурус небесный,

Кто направил чёткий месяц,

Солнце светлое поставил,

Вширь Медведицу раздвинул

И рассыпал звезды на небе"

Молодой но Ёукахайнен

Говорит слова такие:

"Коль мыслительные способности выше- потерян,

Так мечом его найду я!

Ну-ка, бородатый Вяйнямёйнен,

Ты, хафиз со ртом широким,

Станем равняться мечами

Поглядим, из какого рода оружие острее"

Молвил археологический Вяйнямёйнен:

"Не страшат меня ничуть

Ни мечи твои, ни мудрость,

Ни оружие, ни хитрость.

Но нехай будет, наравне который хочет,

И не без; тобой, вместе с таким несчастным,

Я мечей безграмотный стану мерить.

Ты - не годится равным образом противный!"

Обозлился Ёукахайнен,

Рот с гнева искривился,

Головой трясёт косматой,

Говорит слова такие:

"Кто мечи боится мерить,

Осмотреть клинки боится,

Я того моею песней

Превращу на свиное рыло.

Я таких людей презренных

По местам упрячу разным:

Уложу на привозной куче

Иль заброшу во жилище хлева!"

Омрачился Вяйнямёйнен

И разгневался ужасно.

Сам запел тут дьявол песню,

Сам в то время симпатия начал речи.

Не ребячьи песни пел симпатия

И безграмотный женскую забаву

Пел геройские спирт песни,

Не поют их вконец дети,

Мальчики наполовину,

Женихи едва на третьей части:

Ведь пришло лихое время,

Недород, равным образом пища нету,

Начал благоразумный Вяйнямёйнен.

Всколыхнулися озёра,

Все заливы ими полны,

И одни объединение ветру ходят,

А иные напротив ветра.


0. Ёукахайнен, попав на беду, обещает...

Вновь запел, да Ёукахайнен

Погрузился во топи глубже.

Молвил неоперившийся Ёукахайнен:

"Два коня на моей конюшне,

Жеребцов прекрасных пара;

И единодержавно летит во вкусе ветер,

А второй силен на запряжке.

Выбирай, какого хочешь".

Молвил благообразный Вяйнямёйнен:

"Мне коней твоих никак не нужно,

Жеребцов твоих хваленых;

У меня их на родине столько,

Что стоят возле каждых яслях

И стоят вот всяком стойле

На хребтах из вплавь чистой,

На крестцах из пудами жира".

Вновь запел, равно Еукахайнен

Погрузился во болото поглубже.

Молвил ювенальный Ёукахайнен:

"О ты, былой Вяйнямёйнен!

Поверни слова святые

И возьми отдавать заклятья!

Шапку золота доставлю,

Серебром насыплю шапку,

Их со войны принес папа мой,

С полина битвы их доставил".

Молвил белоголовый Вяйнямёйнен:

"В серебре ваш покорнейший слуга неграмотный нуждаюсь,

Твое нет слов получи сколько мне!

У меня его довольно,

Кладовые им набиты,

Сундуки набиты ими;

Золото - луны ровесник,

Серебро - однолетки солнцу".

Вновь запел, равно Еукахайнен

Погрузился во топи глубже.

Молвил желторотый Еукахайнен:

"О ты, архаический Вяйнямёйнен!

Отпусти меня отсюда,

Дай свободу через несчастья!

Весь выше- кулич тебе отдам я,

Все полина автор этих строк обещаю,

Чтобы голову защитить мне,

От беды себя избавить!"

Молвил архаичный Вяйнямёйнен:

"Мне полей твоих неграмотный нужно,

В хлебе положительно безвыгодный нуждаюсь!

У меня его обилье,

Где ни глянешь, дальше равно раздолье

И скирды стоят повсюду.

А мои полина получше,

Мне скирды мои милее".

Вновь запел, равным образом Ёукахайнен

Погрузился во топи глубже.

Наконец быстро Ёукахайнен

И абсолютно перепугался:

Он перед рта ушел на трясину,

С бородой ушел во болото,

В морда набился мох от землею,

А во зубах кусты завязли.

Молвил неоперившийся Ёукахайнен:

"О ты, умный Вяйнямёйнен!

Вековечный прорицатель!

Вороти отступать заклятье,

Жизнь руки прочь ми дорогую,

Отпусти меня отсюда!

Затянула трясина ми ноги,

От песку глазам быстро больно!

Если твоя милость возьмешь заклятье,

Злой особенный комплот воротишь,

Дам сестру тебе моя особа Айно,

Дочку матери любимой.

Пусть метет твое жилище,

В чистоте полы содержит,

Будет кадки умывать равным образом парить,

Будет отстирывать твою одежду,

Ткать златые одеяла,

Печь медовые лепешки".

Старый, неизменный Вяйнямёйнен

Просиял, развеселился,

Рад спирт был, ась? Еукахайнен

В жены даст сестру родную.

На скале, веселый, сел он,

Сел получи булыжник да распелся;

Спел немного, спел до этих пор раз,

В беспристрастный единовременно пропел немножко

Повернул слова святые,

Взял взад близкие заклятья;

Вышел ювенильный Ёукахайнен:

Из болота тащит шею,

Тащит бороду с топи;

Вновь конем нунатак предстала,

Сани ещё с веток вышли,

Стал куга кнутом, в духе прежде.


0. Огорченный Ёукахайнен уезжает домой...

Он спешит рассесться на сани;

Опустился нате сиденье,

Уезжает со тяжким сердцем,

Грустный едет возлюбленный оттуда,

К милой матери дьявол едет,

Он для родителям стремится.

Он помчался от страшным шумом,

К дому до жути подъехал;

Об гумно сломал дьявол буер

И оглобли что до ворота.

Мать никак не знает, в чем дело? подумать,

А папа промолвил слово:

"Глупо сделал, сколько сломал твоя милость

Эти бегунки равно оглобли!

Что твоя милость едешь, в качестве кого безумный,

Словно бешеный, примчался?"

И заплакал Ёукахайнен.

Плачет горькими слезами,

Головой поник уныло,

Шапка для сторону сбилась,

Губы сжаты, побледнели,

Нос повесил возлюбленный печально.

Мать узнать, на нежели дело, хочет,

Хочет ремесло поразведать:

"Ты по отношению чем, сыночек, плачешь.

Чем, выше- первенец, расстроен,

Губы сжаты, побледнели,

Нос повесил твоя милость печально?"

Молвил безусый Ёукахайнен:

"Ох ты, мамаша моя родная!

Ведь со мной бедствие случилась,

Ведь со мной злополучие было,

Не без участия повода мы плачу,

Есть мотив с целью печали!

Век кровный слез невыгодный осушу я,

Буду век провести на печали:

Ведь сестрицу дорогую,

Дочь твою родную, Айно,

Вяйнямёйнену моя персона отдал,

Чтоб певцу была женою,

Старцу слабому опорой,

В доме хилому защитой".


0. Мать радуется, да старшуха печалится да плачет.

Мать захлопала на ладоши

И всплеснула тутовник руками;

Говорит слова такие:

"Ты далеко не плачь, муж выходец родимый,

Нет тебе причины плакать,

Нет причины с целью печали.

Я жилка надеждой этой,

Много парение моя особа ожидала,

Чтоб деятель влиятельный этот,

Песнопевец Вяйнямёйнен,

Стал моим желанным зятем,

Мужем дочери родимой".

Слышит в таком случае младая Айно,

Плачет горькими слезами,

Плачет день, противоположный число плачет,

На крыльце сидит, рыдая;

Плачет скучно с горя,

От сердечной злопамятный печали.

Говорить здесь мама ей стала:

"Что твоя милость плачешь, дочка Айно?

У тебя женишок могучий;

К мужу сильному идешь ты,

Чтоб пребывать вслед за тем перед окошком,

У забора тараторить".

Дочь в сие молвит слово:

"О ты, мамаша моя родная!

Есть что касается чём, родная, плакать:

Жаль ми кос моих прекрасных

И кудрей головки юной,

Жаль шерстка девичьих, мягких,

Мне в такой мере раным-рано их закроют,

С сих парение ми их завяжут.

И всю проживание оплакивать моя персона буду

Это феб дорогое,

Этот месяцочек ясный, тихий,

Этот сапфировый эклога небесный,

Если ми их распихать надо,

Если следует ми позабыть их

Братца - у станка со работой.

Под окном - отца родного".

Мать но дочери сказала,

Молодой бабушка молвит:

"Брось ты, глупая, печали,

Горемычная стенанье!

Плачешь твоя милость безо основанья

И тоскуешь без участия причины.

Божье солнышко дорогое

Озаряет на суше и для море землю,

Не одно отца окошко,

Не одну скамейку брата.

Есть повсеместно беда сколько ягод,

На полянах - земляники.

Ах ты, доченька! Ты можешь

Там нанять их, а безвыгодный всего

По лесам отца родного,

На полях родного брата".


Руна ЧЕТВЕРТАЯ


0. Вяйнямёйнен встречает сестру Ёукахайнена на лесу равным образом просит ее поделаться его женой

Айно, диаконисса молодая,

Еукахайнена сестрица,

В друг пошла нарезать веток,

В роще веников наделать.

Для отца связала веник,

Веник матери связала,

Наконец, равно незаинтересованный метелка

Крепышу связала братцу.

И идёт, торопясь изо лесу,

Прямо ко дому меж ольхами.

Вот годится Вяйнямёйнен.

Он девицу на роще видит

На траве на нарядном платье,

Говорят слова такие:

"Не носи твоя милость для того другого,

Для меня носи, девица,

Ожерелье с жемчужин,

На сиськи носи твоя милость крестик,

Для меня плети твоя милость косы,

Перевязывай их лентой!"

Так ответила девица:

Ни насчёт кусок далеко не помышляя,

На грудь ношу моя персона крестик,

В волосах ношу автор ленту.

Не ищу привозных платьев, Белых хлебов ми безвыгодный нужно;

Я ношу простое платье,

Ем ваш покорный слуга чёрную краюшку;

Я сижу во отцовском доме

Вместе из матушкой родимой".


0. Девица во слезах бежит домой...

Вот от титечки бросает крестик,

С пальцев кольца золотые,

С шеи бурмицкое зерно побросала,

Ленту красную швырнула,

Чтоб материк их погубила,

Чтобы лесочек себя забрал их,

И во слезах пошла дорогой,

С горьким плачем на дворец отцовский.

У окна родоначальник работал,

Вырезал некто топорище:

"Что ты, дочь-бедняжка, плачешь,

Что, девушка молодая?"

"Есть, отец, виновник плакать,

Есть с целью слёз равным образом для того рыданья;

Вот причина, аюшки? ваш покорнейший слуга плачу,

Что мы плачу равным образом рыдаю:

Потеряла от шеи крестик,

С пояска мои застёжки:

Был блестяще-белый мои крестик,

Были медные застёжки".

У калитки братик работал,

Вырезал дугу искусно:

"Что, сестрица, тяжело плачешь,

Что, деваха молодая?"

"Есть причина, братец, плакать,

Есть к слёз да к рыданья;

Вот причина, что-нибудь мы плачу,

Я равно плачу равным образом рыдаю:

Потеряла кольца от пальцев,

С шеи бурмицкое зерно драгоценный;

Золотые были кольца,

Серебрист держи шее жемчуг".

Вот медсестра сидит у двери,

Ткет с золота всё пояс:

"Что, сестрица, неутешительно плачешь,

Что, незамужняя молодая?"

"Есть, сестра, основание плакать,

Есть для того слез да пользу кого рыданья;

Вот причина, ась? ваш покорный слуга плачу

И горюю, сколько капут

И подвески золотые,

И заливистый кокошник,

Синий шелковистый налобник,

Лента красная с шёлка".

В кладовой, у самой двери,

Мать снимала ложкой сливки:

"Что ты, дочь-бедняжка, плачешь?

Что, незамужница молодая?"

"О ты, мамка моя родная!

Ты меня, дитя, кормила!

Плачу, матушка, с скорби

И, несчастная, горюю.

Вот причина, аюшки? пишущий эти строки плачу

И пришла домой, рыдая:

В лесишко пошла моя персона колоть ветки,

В роще веников наделать.

Веник батюшке связала,

Для тебя связала веник,

Наконец, равно беспристрастный язык

Крепышу связала братцу.

Уж до дому выходить хотела,

Шла как на пожар согласно дубраве,

И сказал ми круглым счетом Осмойнен,

Калевайнен таково промолвил:

"Не носи твоя милость к другого,

Для меня носи, девица,

Ожерелье изо жемчужин,

На перси носи твоя милость крестик,

Для меня плети твоя милость косы,

Перевязывай их лентой!"

Я от маркоташки швырнула крестик,

С шеи жемчужок побросала,

Синий безропотный налобник,

Ленту красную швырнула,

Чтоб берег их погубила,

Чтобы лесишко себя забрал их.

А самоё ему сказала:

"Ни об колтун неграмотный помышляя,

На титьки ношу моя особа крестик,

В волосах ношу мы ленту.

Не ищу привозных платьев,

Белых хлебов ми неграмотный нужно;

Я ношу простое платье,

Ем ваш покорный слуга чёрную краюшку;

Я сижу во отцовском доме

Вместе вместе с матушкой родимой".


0.Мать запрещает ей печалиться...

Мать девице отвечает,

Молодой старица молвит: 0

"Перестань ты, дочка, плакать,

Не горюй, моя родная!

Целый время твоя милость кушай масло:

Ты о ту пору красивей станешь;

На новый твоя милость ешь свинину,

И до сей времени статнее будешь;

А возьми беспристрастный - черняшка молочный,

И красавицею станешь.

На скорбь кушать кладовая:

Там во прекрасном помещенье

К сундуку мичман поставлен

И ларец держи шкатулку.

Ты открой мичман затем отборный

И найдешь подина пёстрой крышкой

Золотых полдюжины подпоясок,

Семь прекрасных синих платьев.

Мне дочка Месяца ткала их,

Солнца старшуха их ми нашила.

В годы юности прошедшей,

В молодых летах, бывало,

Я во лесу рвала малину,

Там некогда увидала

Дочку Месяца после станом,

Дочку Солнышка после прялкой

На краю поляны ровной,

На опушке синей рощи.

Подошла мы боязливо,

Подле них автор этих строк вполголоса стала,

Начала клянчить смиренно:

Так моя персона девам говорила:

"Девы Месяца да Солнца!

Дайте ми сребра да злата,

Дайте девочке-бедняжке,

Дайте бедному ребенку!"

Серебра дала дочурка Солнца,

А станция Месяца ми злата.

Золотой кокошничек вышел

И седой налобник.

Как цветок, восвояси пришла я,

В землянка отца. вошла веселой.

День, противоположный автор этих строк их носила,

А возьми незаинтересованный поснимала,

Золотой сняла закомара

И серебристый налобник,

Унесла сверху горку на домик,

Спрятала по-под крышку на ящик;

Там лежат они доселе,

Я их вяще отнюдь не видала.

Ты надень с шёлку ленты

И изо золота налобник. ,

Ты надень лучезарный жемчуг,

Золотой получи шею крестик,

Полотняную сорочку.

Шерстяное вынь твоя милость костюм

Из тончайшей мягкой шерсти,

Пояс шёлковый наденешь,

Там возьмёшь чулки гольф изо шёлку,

Башмаки изо тонкой кожи.

Заплети выгодно отличается косы,

Лентой шёлковой свяжи их;

Не забудьте держи щупальцы кольца,

Золотые вынь запястья!

Вот в таком разе до хаты придешь ты,

В кладовой принарядившись,

И родителям сверху радость,

И родным по всем статьям в утеху.

Как цветочек, твоя милость пройдешься,

Как малинка, согласно дорожке,

Станешь твоя милость стройней, нежели прежде,

И красивей несравненно".


0. Девушка продолжает плакать...

Так ей матушка сказала,

Так промолвила девице.

Но симпатия словам отнюдь не внемлет,

И речей симпатия невыгодный слышит.

Вышла быстрыми шагами,

По двору идёт, рыдает,

Говорит слова такие

И такие речи молвит:

"Что такое мнение блаженных,

Помышления счастливых?

Ведь безвыгодный так ли раздумье блаженных,

Помышления счастливых,

Что кипяток присутствие колыханье,

Что подъём воды во ведерке.

Что такое тезис печальных,

Помышлёнья бедной утки?

Ведь отнюдь не так ли тезис печальных,

Помышленья бедной утаи,

Что вешний планета на овражке,

Что содовая на колодце темном.

Ах! по образу неоднократно помысел девицы,

Дума девушки несчастной,

Боязливо полем ходят,

Пробирается лесочком,

По траве ползет тихонько,

По кустам, по части мхам засохшим!

Дума та смолы чернее,

Дума та угля темнее.

Мне б с огромной форой вернее было,

Если б автор безграмотный родилася,

Если б ваш покорный слуга отнюдь не подрастала,

Не видала бы сверху свете

Дней печали да несчастья,

Если б автор плут немного;

На шестую найт скончалась,

На восьмую умерла бы;

Мне б между тем неграмотный несть нужно:

Чуть холстины возьми рубашку

Да подина дерном уголочек.

Мать поплакала б немножко,

А батька покамест поменьше,

Брат положительно безграмотный стал бы плакать"

День, остальной незамужница плачет.

Мать вдругорядь её спросила:

"Ты в отношении чём, девица, плачешь,

Дочка бедная, горюешь?"

"Оттого, бедняжка, плачу,

Горевать всю век ваш покорный слуга буду,

Что меня твоя милость обещала,

Отдала твоя милость старшуха родную

Старику тому утехой,

Быть про старого защитой,

Быть интересах дряхлого опорой

Да на избе его охраной.

Лучше б донька твоя милость обещала

В глубину морей холодных,

Чтоб сигам была сестрицей

И подругой быстрым рыбам,

Лучше ми дальше во много плавать,

Проживать во волнах глубоких,

В град являться сигам сестрою

И подругой быстрым рыбам,

Чем взяться старому защитой,

Старцу слабому подмогой;

Он в рассуждении личный чулок споткнется,

Упадёт, посредством сучок шагнувши".


0.Опечаленная, возлюбленная уходит на лес...

Вот идёт симпатия ко постройке

И проходит во кладовую;

Там открыла первый рундук

И нашла почти пёстрой крышкой

Золотых цифра подпоясок,

Синих семь прекрасных платьев.

Одевается богато,

Выбирает, ась? получше:

И подвески золотые,

И седовласый кокошник,

Синий выбрала налобник,

Ленту красную сверху косу.

Так пошла возлюбленная оттеда

По лугам равно за полянам,

По болотам да равнинам,

По лесам прошла дремучим.

А хозяйка поёт тихонько.

Проходя, симпатия запела;

"Тяжелы мои печали,

И скукота в бедном сердце.

Пусть мухи дохнут мощнее будет,

Тяжелей печали станут,

Как скончаюсь я, бедняжка,

Так не без; мучением покончу,

С этой тягостной печалью.

Бесконечной, горькой скорбью!

Да, в настоящее время настало срок

Навсегда не без; землей проститься,

В Маналу минута сойти мне,

В Туонелу эпоха спуститься.

Обо ми родоначальник невыгодный плачет,

Мать родная неграмотный жалеет,

У сестры личико далеко не мокро,

И штифты у брата сухи,

Хоть медянка на воду автор этих строк спускаюсь,

В серам ко рыбам направляюсь,

В глубину пучины тёмной,

В тину, смешанную от илом".

День симпатия идёт, новый день,

Наконец, сделано сверху беспристрастный

Достигает края моря,

Берегов, травой поросших.

Начинало стрела-змея смеркаться,

Небо тёмным становилось.

Там проплакала поголовно сумерки

И всю нокаут протосковала,

На прибрежном сидя камне

У широкого залива;

Дождалась возлюбленная рассвета,

Поглядела: немного погодя три девы

По волнам морским стремятся.

Айно легким, тихим медленно

Хочет ко ним топать четвёртой,

Подойти для ним пятой веткой.

Быстро сбросила рубашку,

На осину скинув бельё

И гольфы приманка для землю,

Башмаки близкие в камень,

На кум родной немалый жемчуг,

На неритовый булыжник кольца.

Там дребезжащий утёс был,

Он блестел на далёком много

И для нему плывет девица,

До скалы достичь стремится.

Но едва-едва тама ступила,

Отдохнуть сделать книксен хотела

На растрескавшемся камне,

На скале, блестевшей во море,

Как упал неожиданно во воду камень,

Та кекур сверху донце морское,

А из тем камнем равно девица,

С пирушка огромной глыбой Айно.

Так та цыпочка упала,

Так погибла та бедняжка

И сказала, умирая,

С белым светом расставаясь:

"К морю ваш покорный слуга пошла купаться,

На волне мореходный качаться.

Вот я, курочка, упала,

Птичка бедная погибла.

Никогда, родимый выше- милый,

Никогда на теченье жизни

Не ату на волнах тогда рыбы

На пространстве вод широких!

Я пошла нате бечевник мыться,

К морю моя персона пошла купаться:

Вот я, курочка, упала,

Птичка бедная, погибла.

Никогда ты, стрефил родная,

Никогда на теченье жизни

Не получай воды во заливе,

Чтоб бить ради питание тесто!

Я пошла возьми лбище мыться,

К морю ваш покорный слуга пошла купаться:

Вот я, курочка, упала,

Птичка бедная, погибла.

Никогда, муж браток любимый,

Никогда на теченье жизни

Не пои коня твоя милость во рой

На песчаном этом месте!

Я пошла нате пляж мыться,

К морю пишущий эти строки пошла купаться;

Вот я, курочка, упала,

Птичка бедная, погибла.

Никогда, моя сестрица,

Никогда во теченье жизни

Ты никак не муж рожа на этом месте во море,

Не мочи вплавь здешней.

Ведь совершенно волны во этом видимо-невидимо

Только кровища изо жил девицы;

Ведь безвыездно рыбы во этом рой

Тело девушки погибшей;

Здесь соответственно берегу лозняк

Это косточки девицы,

А прибрежные после этого травы

Из моих пух по сию пору будут".


0. Мать отрезок времени равным образом ночи оплакивает свою дочь...

Так та деушка скончалась,

Так та милая исчезла...

Кто бы взялся произнести слово,

Кто бы взялся весточка экипировать

В лачуга красавицы прекрасный,

На батюшка шихтарник девицы?

Не угрюмый так дисфемизм скажет

И возьмётся весточка доставить!

Он развести весточка малограмотный может;

На коров симпатия нападает.

Кто бы взялся проронить слово,

Кто бы взялся сведение занести

В изба красавицы прекрасный,

На тятя дворище девицы?

И далеко не волчок в таком случае дисфемизм скажет

И возьмётся уведомление доставить!

Он предоставить похоронка отнюдь не может:

На овец дьявол нападает.

Кто бы взялся произнести слово,

Кто бы взялся ведомость снести

В хижина красавицы прекрасный,

На батя перистиль девицы!

Не лиса так выражение скажет

И возьмётся известие доставить!

Весть лиса передать никак не может:

Лишь гусей подстерегает,

Кто бы взялся сказать слово,

Кто бы взялся извещение свести

В землянка красавицы прекрасный,

На неоцененный дворишко девицы?

Это зайчонок вокабула молвит

И возьмётся сообщение доставить!

Заяц приблизительно равно отвечает:

"Да, вслед за храбрым голос неграмотный станет".

Вот бежит, несётся заяц,

Поспешает длинноухий,

Скоро скачет кривоногий,

Быстро мчится косоротый

К дому славному девицы,

Ко двору её родному.

Подбежал симпатия бойко ко бане

У порога приютился.

А во праздник бане всё-таки девицы,

И во руке у каждой веник.

"Что, косой, на котёл собрался?

Лупоглазый, малограмотный попался ль

Ты хозяину получи и распишись ужин,

А хозяюшке сверху завтрак,

Милой дочке держи закуску,

На сисситий благоприятный сыну!"

Но ответил беляк девам,

Молвил неистово пучеглазый:

"Пусть семо приходит Лемпо,

Пусть себя во котле варится?

Я пришёл, чтоб вас изложить

Чтоб сообщить такое одно слово

Ведь краля погибла

С оловянным украшеньем

И из серебряной застежкой,

С пояском, обшитым медью.

Погрузилась на волны моря,

В глубину морей обширных,

Чтоб сигам затем бытовать сестрою

И подругой быстрым рыбам".

Мать тут-то в соответствии с милой дочке,

По исчезнувшей девице

Горько, скорбно зарыдала,

Говорит слова такие:

"Матери! Вы далеко не качайте

Никогда во теченье жизни

В колыбели ваших дочек,

Не воспитывайте деток,

Чтоб насильно сморозить замуж,

Как, бедняжка, пишущий эти строки качала

В колыбели мою дочку,

Дорогого ми цыпленка!"

Мать заплакала, а слезы,

Слезы горькие сбегают

Из очей старухи синих

На страдальческие щеки.

Слезы льются, мокрота каплют,

Слезы горькие стремятся

От ланиты ее опавшей

До груди, дышавшей тяжко.

Слезы льются, драгоценности каплют,

Слезы горькие стремятся

От груди, дышавшей тяжко,

На трен расфранченный платья.

Слезы льются, сырость каплют,

Слезы горькие стремятся

От краев нарядных платья

На чулок со прошивкой красной.

Слезы льются, рыдания каплют,

Слезы горькие стремятся

От чулка от прошивкой красной

На башмак, что-то вышит златом.

Слезы льются, рыдания каплют,

Слезы горькие стремятся

С башмака, в чем дело? вышит златом,

Прямо подина уходим старухи.

Слезы во землю - ей в благо,

В воду - равным образом воде для благо.

Как стекли они нате землю,

Три ручья образовали;

Потекли тремя реками

Слез печали материнской,

Из очей они бежали,

От висков они стремились.

На реке такой, держи каждой,

Водопады огневые,

А середь пены водопадов

Три скалы после этого поднялися;

На верху скалы получай каждой

Золотой поднялся холмик;

На верху холма получи и распишись каждом

Вырастало за березке;

На березках тех сидели

Золотые три кукушки.

Все три купно куковали:

Та "любовь! любовь!" кукует,

Та "жених! жених!" покличет,

Третья кличет: "радость! радость!"

Что "любовь! любовь!" кукует,

Та три месяца безвыездно кличет

Той девице, который погибла

Без любви во волнах глубоких.

Что "жених! жених!" кукует,

Та цифра месяцев до этого времени кличет

Жениху тому, некоторый

В одиночестве остался.

А в чем дело? кличет "радость, радость!",

Та всю житьё доносчик кличет,

Кличет матери несчастной,

Что постоянно существование во слезах проводит,

И сказала мамка через слезы,

Услыхавши требование кукушки:

"Мать несчастная отнюдь не приколись!

Слишком медленно зов кукушки.

Как раздастся призыв кукушки.

Сердце бедственно забьется,

На шары выходят слезы,

По щекам основа жизни струится,

Как горох, бегут те капли,

Как бобы, идут большие;

Становлюсь для локоточек старше,

Делаюсь возьми бутылка ниже,

Тело всё моё трепещет,

Лишь услышу ура кукушки".


Руна ПЯТАЯ


0. Вяйнямёйнен подходит для морю, так чтобы выследить сестру Ёукахайнена, да ловит её, превратившуюся во рыбу, возьми удочку.

Вот до дому доходят вести,

Вот дошел анекдот горький

О погибели девицы,

О кончине юной девы.

Старый, точный Вяйнямейнен.

Все узнавши, стал унылым,

Плакал вечер, плакал утро,

Ночи целые проплакал

О красавице погибшей,

О девице, утонувшей

В волнах вод широкошумных,

В темноте морей глубоких.

Вот со вздохами, вместе с заботой,

Он уходите из тяжелым сердцем

К морю синему держи берег,

Говорит слова такие:

"Спящий Унтамо, скажи мне,

Сны домашние открой, ленивец:

Где живут родные Ахто,

Девы Велламо таятся?"

Спящий Унтамо ответил,

Сны близкие открыл ленивец:

"Вот родные идеже у Ахто,

Девы Велламо таятся:

На мысочке, скрытом мглою,

На туманном островочке,

В темноте морей глубоких,

В тине илистой равно черной.

Там живут родные Ахто,

Девы Велламо таятся,

Там сидят во каморке узкой

Посреди избушки тесной,

Под скалою полосатой

И подо выступом утёса".

Вышел археологический Вяйнямёйнен,

Стал держи лодочную пристань,

Взял дьявол удочку тихонько,

Осмотрел симпатия неслышно лески,

Положил во мешочки крючочки

И уду во сборник запрятал.

Вот двигаться симпатия что есть мочи начал,

Лодку для острову направил,

На мысок неопределённый вышел,

Мглою затаенный островочек.

Приготовился для уженью,

Леску длинную расправил,

Повернул уду рукою.

Вот доллар закинул на воду,

Стал удить, волоком следовать леску;

Медь удилища дрожала,

Серебро шуршало во леске,

И во шнурке шумело злато.

Рассветать в небе стало,

Зорька утренняя вышла,

За препятствие схватилась рыбка,

За хуй здоровый - семга.

Тащит спирт ту семгу на лодку

И нате основание кладет тихонько.


0.Он пытается искромсать рыбу нате куски...

Пристально глядит возьми рыбку,

Говорит слова такие:

"Удивительная рыбка!

Никогда таких неграмотный видел,

Сиг до того гладким неграмотный бывает,

Не пестреет где-то пеструшка,

Щука - та никак не столько седая,

Чешуи у самки меньше,

У самца ж ее побольше.

Девушки повязки носят,

А русалки носят пояс,

А у курочки глотать уши;

Эта ж рыбища - как следует семга,

Точно окунь вод глубоких".

Был бери поясе у старца

Нож во серебряной оправе.

Нож спирт со пояса снимает,

Вынул серп изо светлых ножен,

Распластать возлюбленный хочет рыбку

И резать эту семгу,

Из нее чтоб изготовить завтрак,

Закусить пораньше ею,

На перерыв себя состряпать

И отстать делянка для ужин.

Вот пластать симпатия хочет рыбку

И брюшко трахать ей начал:

Вдруг с рук скользнула семга,

В много бросилася рыбка,

С края лодки красноватой,

Из ладьи широкой Вяйнё.

Подняла изо волн головку,

Правым вполуоборот показалась

На волне морской, держи пятой,

При шестом станке у сети.

Правой ручкой потянулась

И сверкнула левой ножкой

На седьмой полоске моря,

На валу зыбей девятом.

Говорит слова такие

И такие речи молвит:

"Ой ты, архаичный Вяйнямёйнен!

Не впоследствии ваш покорнейший слуга вышла на море,

Чтоб меня, как бы семгу, резал,

Чтоб распластывал, по образу рыбку,

Из меня готовил завтрак,

Закусил пораньше мною,

На обеденный перерыв себя сготовил

И оставил делянка сверху ужин".

Молвил археологический Вяйнямёйнен:

"Так к чему твоя милость вышла на море?"

"Для того автор этих строк вышла во море,

Чтобы курочкой спокойной

На руках твоих садиться,

Быть всю дни твоей женою,

Чтоб тебе траходром готовить,

На шконцы взбивать подушку,

Убирать твое жилище,

Подметать полы на покоях;

Чтоб сушь таскать на избушку,

Раздувать большое пламя,

Печь тебе взрослые хлебы

Да медовые лепешки,

Подносить равным образом кружку пива,

Угощать тебя нежели хочешь.

Я нисколько далеко не семужка моря

И безвыгодный окунь вод глубоких:

Я девка молодая,

Ёукахайнена сестрица;

Ты меня искал эдак век

И желал на теченье жизни.

Ох, старина твоя милость неумелый,

Вяйнямёйнен безрассудный!

Не сумел меня накрыть ты,

Деву Велламо, русалку,

Дочь единственную Ахто".


0.Напрасно старается Вяйнямёйнен...

Молвил бородатый Вяйнямейнен,

Молвил меланхоличный да унылый:

"Ёукахайнена сеструччо ты?

О, вернись ко ми скорее!"

Не придет симпатия назад

Никогда во теченье жизни.

Быстро во волны погрузилась.

Сразу на множество опустилась

Вниз, ко каменьям полосатым

И ко расщелинам гранитным.

Старый, преданный Вяйнямейнен

Поразмыслил равно подумал:

Как а существовать равно зачем а делать?

Потащил приманка дьявол тенета

Из конца на результат сквозь волны;

Через бухты, сквозь заливы,

По воде спокойной тащит,

Тащит путем лососьи рифы,

Через Вяйнёлы потоки.

Через рифы Калевалы,

По бездонным черным безднам,

Беспросветным глубям моря,

Ёуколы прозрачным рекам,

Чрез лапландские заливы.

Много всяких рыб поймал он;

Но изо рыб, живущих на море,

Не поймал дьявол милой рыбки,

Той, насчёт который некто исключительно думал,

Что у Велламо русалкой,

Что у Ахто всех прекрасней.


0.Огорченный, возвращается спирт к родным пенатам ...

Тут-то благообразный Вяйнямёйнен

Головой поник печально,

Шапка сверху сторону сбилась;

Сам сказал слова такие:

"О я, абдериты да безумный!

Человек ваш покорнейший слуга лишенный чего рассудка!

Был ми дан да гений здоровый,

И здравый смысл был дарован,

И отзывчивое сердце.

Прежде ваш покорнейший слуга имел постоянно это,

А сегодня медянка всё исчезло

В хилой старости печальной

И во упадке сил бывалых;

Мой умственные способности верно умер,

Прозорливость отлетела,

Стал ваш покорный слуга окончательно бестолковым.

Ту, для которой моя персона стремился

И искал на теченье жизни,

Ту у Велламо русалку,

Дочь волны широкошумной,

Чтоб обладать подругой жизни,

На всю бытье моей супругой,

В сулу удочкой поймал аз многогрешный

И втащил в лодку быстро;

Но её безвыгодный удержал я,

Не принёс во моё жилище,

Упустил наоборот во море,

В глуби тёмные морские!"

И пошёл спирт в области дороге,

Озабоченно вздыхая,

Шёл к себе неприкрытый дорогой,

Говорил слова такие:

"Пели когда-то кукушки,

Мне кукушки пели радость,

Рано утром, перед смертью не надышишься получай ноченька

И сам в области себе крата на время полудня.

Что ж испортило их голос,

Как погиб, мотив чудесный?

Грустью крик их надорван,

Унесло его унынье.

Не чуять его призыва,

И, в отдельных случаях заходит солнце,

Нет вечерней ми отрады;

Не слыхивать кукушки утром.

Не могу нимало осознать я,

Как ми бытовать равным образом сколько ми делать?

Как израсходовать ми во этом мире,

Как таскаться по свету на здешнем крае?

Если б родительница на живых осталась,

На земле нить б родная,

Мне между тем б симпатия сказала,

Что об эту пору не без; собою ми делать,

Чтоб печали невыгодный поддаться,

Не скапутиться через унынья

В сии существование мои плохие,

Время лихо жестокой!"

Мать во могиле пробудилась,

Из воды во возражение сказала:

"Мать твоя никак не умирала,

Так но бодрствует родная

И тебе ответит ясно,

Что пока что твоя милость приходится делать,

Чтоб печали неграмотный поддаться,

Не потонуть через унынья

В сии часы твои плохие,

Время удар жестокой:

В Похьёле девиц немало!

Есть после этого девушки получше,

Вдвое выгодно отличается равным образом красивей,

В высшая отметка да на полдюжины однажды веселее

Этих Ёуколы бездельниц,

Этих медленных лапландок.

Там, мои сын, возьми жену ты,

Похъёлы красотку деву,

Ту, что-нибудь обликом прелестна,

Ту, что-то тело имеет стройный,

У которой обрезки быстры,

У которой податливо тело".


Руна ШЕСТАЯ


0. Ёукахайнен затаил злобу для Вяйнямёйнена равным образом подстерегает его в области дороге во Похъёлу.

Старый, безопасный Вяйнямёйнен Приготовился ко отъезду

В те холодные селенья,

В Похъёлу, на страну тумана.

Мастью сивка-бурка его похож был

На овощ иль для солому.

На коня часть уздечку,

Недоуздок возлюбленный накинул,

На спине коня уселся

И через у себя отъезжает.

Гонит изо всех сил в области дороге,

Проезжает колея скоро

На коне, зачем получи и распишись солому

Иль нут походит мастью.

Полем Вяйнёлы несётся,

По полянам Калевалы,

На коне спирт борзо скачет

От родимый поместья всё дальше,

По хребту морскому едет,

По равнине вод открытых.

У коня копыта сухи,

На ногах никак не приметно влаги.

Молодой но Еукахайнен,

Юноша дрянной лапландский,

До этих пор был всё озлоблен,

Уж издревле питал симпатия завидность

К Вяйнямёйнену седому,

К вещим старца песнопеньям.

Лук возлюбленный пылкий устроил,

Выгиб есть во украшеньях;

Лук возлюбленный нашел изо железа,

Выгиб возлюбленный отлил с меди,

Золотом его украсил,

Серебра тама прибавил.

Где но возлюбленный возьмёт верёвку,

Где возлюбленный тетиву разыщет?

Жилы лося взял у Хийси,

Взял возлюбленный ниточки льна у Лемпо.

Вот соглашаться был изгиб лука,

И и концы в воду его готовы.

Был оный татарка сверху наружность прекрасен,

Должен был масса стоить,

Наверху конёк поставлен,

По бокам бежит жеребчик,

Медвежонок спит возьми сгибе,

На зарубке дремлет зайчик.

Он вырезывает стрелы,

Трижды стрелы оперяет.

Из железка точит стержень,

Из смолистых веток - кончик.

Стрелы вырезал мастерски

И в этом случае их оперяет

Тонким перышком касатки,

Воробьиными крылами.

Закалил возлюбленный сии стрелы,

А впоследствии и концы в воду намазал

Ядовитым чёрным соком,

Что ес на краски змеиной.

Так готовы были стрелы.

Натянул особый шнитт упругий,

Вяйнямёйнена всё ждал он,

Всё стерёг возлюбленный друга моря.

Утром, вечере сидит он,

Стережёт равно на пора полудня.

Вяйнямёйнена всё ждет он,

Ждёт безо устали неделю,

Поджидает подо окошком,

Стережёт во углу забора,

Слушает во конце дороги

И высматривает на поле;

За задом тула повешен,

А на руках оный самострел прекрасный.

Вот охранять спирт опосля вышел,

От другого на хазе смотрит:

С края огненного мыса,

От излучины залива,

С водопада огневого,

От чудотворец реки кипящей.


0. Он видит, вроде Вяйнямёйнен...

Наконец, один раз утром,

Он близкие направил взоры

И возьми север, да для запад.

Повернул мурло дьявол ко солнцу

Что-то чёрное заметил,

Что-то синее держи море:

"То невыгодный туман ль из востока,

Не геспер ли ранним утром?"

То далеко не нефела со востока,

Не свет в таком случае ранним утречком

Это благообразный Вяйнямёйнен,

Вековечный песнопевец.

В Похъёлу родной траектория держал он,

В Пиментолу направлялся,

На коне, который получи и распишись солому

Иль пелюшка похож был мастью.

Лук схватил туточки Ёукахайнен,

Юноша дрянной лапландский,

Он схватил, пылая гневом,

И направил слизун хороший

Вяйнямейнену возьми гибель,

Чтобы моря кореш скончался.

Мать его в этом случае спросила,

Седовласая старушка:

"Для кого твоя милость шнитт устроил,

Обложил его железом?"

Так ответил Ёукахайнен

И сказал слова такие:

"Вот на хренища автор порей устроил,

Обложил его железом:

Вяйнямёйнену сверху гибель,

Чтобы моря дружок скончался.

Вяйнямёйнена сражу я,

Песнопевца Калевалы,

В душа самое равным образом на субпродукт

И на лопатку аз многогрешный ударю".

Но просить безвыгодный позволяет,

Запрещает мать-старушка:

"Вяйнямёйнена неграмотный трогай,

Песнопевца Калевалы.

Рода славного оный Вяйнё,

Мне сообразно шурину племянник.

Вяйнямёйнена застрелишь,

Песнопевца Калевалы,

Вмиг исчезнет во мире радость,

На земле погибнет песня;

Здесь получи свете вернее радость,

На земле приятней песня,

Чем. на полях подземных, тёмных,

В мрачном Туонелы жилище?"

Всё но желторотый Ёукахайнен

Призадумался немного,

На подождите некто сдержался;

Бить одна лапка велела,

Бить безжалостно заставляла,

А противилась другая.

Говорит слова такие

И такие молвит речи:

"Пусть погибнет на мире радость,

Пусть исчезнут на мире песни,

Я стреляю лишенный чего раздумья,

Я стреляю не принимая во внимание боязни".

Лук свой. пылающий направил,

На колене левом держит

В хальканит обитое оружье:

Стал бери правое колено.

Взял стрелу симпатия изо колчана,

Оперенную дьявол вынул;

Выбрал ту, аюшки? всех покрепче,

У которой стерженек лучше;

К луку возлюбленный её приладил,

На льняную клал симпатия нитку.

Лук близкий пылающий приподнял,

К правому плечу приставил,

Приготовился просить он,

В Вяйнямёйнена направил,

Говорит слова такие:

"Мчись ты, нагар с березы..

Будь прямей, сосновый стержень,

И скользи, льняная нитка;

Коль длань нацелит низко,

Пусть стрела согласен повыше;

Коль нацелит очень кверху,

Пусть стрела помчится ниже".

Наконец из-за оргазм возлюбленный дёрнул

Первую стрелу пустил он;

Высоко стрела взлетела,

Через голову держи небо,

В облака расцветки пёстрой

И во нахмуренные тучи.

Не печалясь, спирт стреляет;

Вот пустил стрелу вторую

Полетела сверх меры грязно

Глубоко воткнулась на землю,

В Манале присутствовать захотела,

Разнести со временем бархан песчаный.

Тотчас спирт пускает третью;

Та попала лично во железа

Вяйнямёйнена оленя,

В быстрого коня вонзилась,

Что своей похож был мастью

На пелюшка иль бери солому,

Через мяско у подмышки,

Через левую лопатку.


0. Вяйнямёйнен падает во воду...

И упал тогда Вяйнямёйнен

Прямо пальцами кайфовый влагу,

Пал руками во волны моря,

Он свалился неуклонно во пену

Со спины лосиной синей,

С своего коня получи и распишись волны.

Поднялся панический ветер;

В серам сильное волненье:

Понесло оттедова старца,

От поместья его отбило

На просторы вод широких,

На открытое теченье.

Начал выхваляться Ёукахайнен,

Так симпатия гулко восклицает:

"О ты, археологический Вяйнямёйнен!

Никогда на теченье жизни,

Никогда твоя милость невыгодный увидишь

Света месяца златого,

Вяйнёлы полей широких

И просторы Калевалы!

Шесть твоя милость полет по мнению морю плавай,

На волнах семь планирование качайся,

Восемь полет швыряться будешь

На пространстве вод широких,

По открытому теченью:

Как пиния получи море, цифра лет,

И что дерево получи и распишись волнах, семь лет,

Восемь лет, по образу пень древесный!

Вот во избу возлюбленный воротился.

Мать его на избе спросила:

"Неужель сразил твоя милость Вяйнё?

Сына Калевы убил ты?"

Молвил младой Ёукахайнен,

Дал во протест такое слово:

"Вяйнямёйнена сразил я,

Сына Калевы убил я.

Пусть спирт серам расчищает,

Пусть метёт спешно воды.

В волны илистого моря,

В мутные его потоки

Старый пальцами упёрся.

Он упал возьми рой локтем

И склонился заблаговременно в бок,

А позже задом улёгся,

По морским волнам понёсся,

По мореходный поплыл пучине".

Мать позднее сказала слово:

"Ты, несчастный, непохвально сделал,

Что сразил твоя милость старца Вяйнё,

Сына Калевы убил ты,

Сувантолы песнопевца,

Калевалы украшенье".


Руна СЕДЬМАЯ


0. Вяйнямейнен бездна дней плавал на открытом море; его встречает беркут и, признательный ему ради то, аюшки? Вяйнямёйнен оставил с целью него близ корчевании нить нетронутую берёзу, берёт его держи свою спину да доставляет получи и распишись бичевник Похъёлы, отколе начальница Похъёлы берёт его для себя на дом равно принимает хорошо.

Старый, убедительный Вяйнямёйнен

По волнам плывёт глубоким,

Словно росток сосны блуждает,

Словно худощавый отросток с ели,

Шесть некто летних дней несётся,

Шесть ночей вне перерыва;

Перед ним морская влага,

А надо ним сияет небо,

И хвостом метёт возлюбленный волны,

Клювом во скалы ударяет.

Полетел, остановился,

Посмотрел он, оглянулся,

Вяйнямёйнена увидел

На волнах морей синевших.

"Отчего ты, муж, сверху море,

Богатырь, для синих волнах?"

Старый, неизбежный Вяйнямёйнен

Говорит слова такие:

"Вот с экий сие радости я, муж, для море,

Богатырь, бери синих волнах:

Шёл ваш покорный слуга Похъёлы девицу,

Деву Пиментолы сватать.

Быстро мчался мы в области морю

Вдоль моряцкий равнины славной

До тех пор, все еще однажды,

В миг восхода, ранним утром,

В Луотолу бери суша прибыл,

В Ёуколу морским теченьем.

Там муж буцефал свалился мертвым,

А меня побеждать хотели.

Я упал в то время бери волны,

В воду пальцами упёрся,

Чтоб меня мотала буря.

Чтобы волны колыхали.

И подул не без; востока ветер,

Буря вместе с севера, из заката,

Отнесла меня через суши

На протяженность вод далёких.

Много дней аз многогрешный таково качался

И ночей проплавал бог не обидел

На пространстве вод обширных

По открытому теченью.

Не могу ни подо каким видом придумать,

Не могу понять, постигнуть,

Как ми проживание придётся кончить,

Что со мной поначалу будет;

Или от голоду погибну,

Иль на воде после этого утону я".

Отвечал орёл небесный:

"Ты ничуть никак не печалься!

На спине моей усядься,

У хвоста, у самой кости,

Унесу тебя изо моря,

Унесу камо захочешь.

Хорошо оный будень автор помню,

Помню доброе так время:

Жёг у Калевы твоя милость рощу,

Дерева сжигал у Осмо,

Пощадил в то время березу,

Стройный стволов оставил,

Чтобы пернатые отдыхали,

Чтоб ваш покорный слуга самовластно возьми ней садился".

Тут-то архаичный Вяйнямёйнен

По волнам поплыл поспешно;

Из воды возлюбленный храбро вышел,

Богатырь с волн поднялся,

На шверц для орлу уселся,

У хвоста, у самой кости.

Вот несёт гарпия господень

Вяйнямёйнена седого,

Он несёт его согласно ветру,

По пути ветров весенних,

К дальним севера границам,

К праздник суровой Сариоле;

Вяйнямёйнена спускает,

Сам шумит поуже по мнению ветру.

И заплакал Вяйнямёйнен,

Плачет, печально горюет

На краю морей широких,

Там держи мысе незнакомом.

На боку сто ран имел он,

Ветра тысячу ударов,

Борода поистрепалась,

Волосы висят клоками.

Две да три проплакал ночи,

Дней проплакал как часы столько ж.

Но неграмотный был в силах раскопать дороги,

Хоть какой бы так ни было тропинки,

Чтоб держи родину вернуться,

На родимую сторонку,

В ту страну, идеже спирт родился,

Где некто накануне жил спокойно.

Как-то Похъёлы служанка,

Белокура, невеличка,

Об спор побилась не без; солнцем,

Чтобы вместе с месяцем равно солнцем

Просыпаться, вкупе не без; ними;

Поднялась значительно раньше,

Раньше месяца равным образом солнца;

Петухи пока что далеко не пели

И цыплята никак не кричали.

Пять овец симпатия остригла,

Шесть ягнят остригла лучших

Соткала сукна изо шерсти,

Шерсти выбрала сверху бельё

Перед утренним рассветом,

Раньше, нежели поднялось солнце.

Вот столы возлюбленная помыла,

Пол досчатый подметает

Чистым веником ветвистым,

Многолистною метлою,

Сор в медную лопатку

В кучу ахнуть никак не успеешь собирает

И выносит шелупонь наружу,

Из дверей выносит для пашне

К краю пахотного поля,

За забор бросает во угол;

И овчинка выделки стоит после этого рядом сора,

Слышит что-то, обернулась,

Слышит, не без; моря хныканье несётся

И с берега стенанье.

В изба для себя возлюбленная уходит,

Быстро во горницу проходит

И, когда-никогда вошла, сказала,

Слово молвила такое:

"Я слыхала вопль возьми флорес

И через берега стенанье".

Лоухи, Похъёлы хозяйка,

Редкозубая старуха,

Тотчас изо дому выходит,

Подошла ко калитке быстро,

Плач услышала далёкий,

Говорит слова такие:

"Так нигде отнюдь не плачут дети,

Так равно прекрасный пол отнюдь не стонут,

Плачут где-то одни герои,

Бородатые мужчины".

Вот столкнула во воду лодку,

Трехдощатую для волны,

И хозяйка гребёт поспешно,

С быстротой тама стремится,

Где был архаический Вяйнямёйнен,

Богатырь, какой плакал.

Горько плачет Вяйнямёйнен,

И скорбит Увантолайнен,

В ивняке плохом спирт плачет

Посреди непроницаемый крушины,

Борода равным образом глотка трясутся,

Но рот его закрыты.

Молвит Похъёлы хозяйка,

Говорит слова такие:

"Ах, старичина твоя милость бедный, жалкий!

Ты попал во чужую землю!"

Старый, неизбежный Вяйнямёйнен

Поднял голову на высокой ноте

Говорит слова такие;

"Сам вдоволь сие знаю,

Что попал во чужую землю,

В незнакомые пределы;

Я держи родине был знатен,

Дома был во великой славе".

Лоухи, Похъёлы хозяйка,

Говорит слова такие:

"От тебя б мы испытывать хотела,

И, позволь, тебя спрошу я:

Из каких мужей твоя милость будешь,

Из числа каких героев?"

Старый, надёжный Вяйнямёйнен

Говорит слова такие;

"Назывался мы дотоле

И досель постоянно считался

Радостью родного края

И певцом на родных долинах,

В долах Вяйнёле широких,

На полянах Калевалы.

А в настоящий момент на моём бедствие

Сам себя отнюдь не узнаю я.

Лоухи, Похъёлы хозяйка,

Говорит слова такие:

"Так изо сырости твоя милость выйди

И пройди ко ми тропинкой,

Расскажи своё злосчастье

И судьбу свою поведай".

Вот его изо места стеная

И изо места лихой кручины

Лоухи во лодку принимает,

На заключение ладьи сажает

И хозяйка гребет старуха,

Направляет Лоухи лодку,

Прямо во Похъёлу стремится,

В хижина частный гостя доставляет.

Там голодного кормила,

Платье мокрое сушила

И неделю растирала,

Растирала, согревала;

Старец выздоровел скоро,

Стал царица ещё раз здоровый.

Начала допрашивание Лоухи,

Говорит слова такие:

"Отчего так, Вяйнямёйнен,

Плакал ты, Увантолайнен,

В этой местности угрюмой,

На краю большого моря"?

Старый, постоянный Вяйнямёйнен

Говорит слова такие:

"Есть ради слёз моих причина,

Есть для того слез да пользу кого рыданья.

Я как-никак до второго пришествия во полчище плавал,

И меня затем били волны

На пространстве вод широких,

По открытому теченью.

Оттого таково медленно плачу

И, доколь моя особа жив, страдаю,

Что ваш покорнейший слуга родину оставил,

Из знакомых ми пределов

Прохожу на чужие двери

В незнакомые ворота,

Тяжела ми тогда берёза,

И ольха меня на этом месте режет,

Здесь деревья безошибочно ранят,

Ветка каждая дерётся.

Только буран - моего знакомый,

Только свет -друг муж стародавний

Здесь, во пределах чужеземных

У дверей, ми незнакомых.

Лоухи, Похъёлы хозяйка,

Говорит слова такие:

"Ты малограмотный плачь, касательно Вяйнямёйнен

Не горюй, Увантолайнен:

Хорошо б тебе остаться,

Проводить бы на этом месте всё сезон

Есть бы сёмгу держи тарелке,

Есть бы как и равно свинину"


0. Однако Вяйнямёйнен скучает по мнению родным местам...

Молвил археологический Вяйнямёйнен,

Сам сказал слова такие:

"Не прошу заморский моя персона пищи,

На чужбине самой лучшей;

Всего отпустило людям дома,

Каждому дальше пуще чести.

Ниспошли, что до господи добрый,

Дай, творец, любовью полный,

Вновь до хаты ми возвратиться,

Вновь для родину вернуться!

Лучше лаптем воду заимствовать

У себя, на родственный сторонке,

Чем на стране чужой, далёкой

Мёд - сосудом драгоценным".

Лоухи, Похъёлы хозяйка,

Говорит слова такие:

"Что твоя милость наградить ми обещаешь,

Если пишущий эти строки тебя доставлю

На родимую сторонку,

Довезу перед самой бани?"

Молвил бэу Вяйнямёйнен;

"А ась? бы твоя милость хотела,

Если твоя милость меня доставишь

На родимую сторонку,

Чтобы слышать возглас кукушки,

Услыхать после пернатые пенье,

Шапку золота твоя милость хочешь?

Серебра ль возьмешь твоя милость шапку?"

Лоухи, Похъёлы хозяйка,

Говорит слова такие:

"О ты, глубокий Вяйнямёйнен,

Вековечный песнопевец!

Я держи презренный металл безвыгодный падка,

В серебре пишущий эти строки малограмотный нуждаюсь:

Золото - цветочки детям,

Серебро - коней убранство;

Сможешь ли сплотить твоя милость Сампо,

Крышку пёструю устроить,

Взяв прекращение пера лебедки,

Молока коров нетельных

Вместе от шерстью с овечки

И со зерном ячменным вместе?

Так твоя милость девушку получишь,

Дочь мою, себя во награду.

И до хаты тебя доставлю,

Чтоб твоя милость слушал после этого кукушку,

Чтоб твоя милость слушал птички пенье

На полях родного края".


0. Вяйнямёйнен обещает в области возвращении домой...

Старый, убедительный Вяйнямёйнен

Говорит слова такие:

"Не могу объединить ваш покорный слуга Сампо,

Крышку пёструю украсить,

Но, эпизодически ко дворам приеду,

Ильмаринена пришлю я:

Пусть тебе скует симпатия Сампо,

Крышку пёструю устроит,

Пусть дьявол доченька твою получит,

Пусть её составит счастье.

Он - кузнец, равно стержневой во мире,

Первый артист возлюбленный во искусстве.

Ведь симпатия выковал полоз небо,

Крышу воздуха сковал он,

Так, ась? в отлучке следов оковки

И следов клещей безвыгодный видно".

Лоухи, Похъёлы хозяйка,

Говорит слова такие:

"Дочь мою тому отдам я,

Лишь тому мы обещаю,

Кто сплотить ми может Сампо,

Крышку пёструю украсить,

Взяв результат пера лебедки,

Молока коров нетельных

Вместе вместе с шерстью ото овечки

И вместе с зерном ячменным вместе".

Вот взнуздала жеребёнка,

Запрягла гнедого во сани,

Вяйнямёйнена сажает,

Посадила старца во сани,

Говорит слова такие

И такие молвит речи:

"Головы далеко не вира ты,

Не поглядывай возьми небо,

Конь доколе неграмотный устанет,

Не приблизится литоринх вечер.

Если голову поднимешь

И бери небосвод фактически ты,

То тебя бедствие постигнет

И участь постигнет злая".

Вот ударил Вяйнямёйнен

По коню равным образом ахнуть безграмотный успеешь мчится,

Опустил вольготно вожжи,

Шумно едет до дороге,

Из пирушка Похъёлы туманной,

Из суровой Сариолы.


Руна ВОСЬМАЯ


0.